Игра в «Потрошителя»

Ричарда Эштона, сказал филиппинец, выводила из себя их дружба, он подозревал, что Айани покупает приятелю вещи и дает деньги, а он ее покрывает во всем, что бы она ни делала: тратила ли деньги, выходила из дому, поддерживала знакомства, которые Эштон запрещал. Психиатр испытывал обоих — унижал его перед Айани или грубо обращался с ней, пока Галанг не выдерживал и не вставал на ее защиту.

— Видите ли, инспектор: должен признаться, порой во мне вскипала кровь, меня так и подмывало врезать ему как следует и сбить с ног.

— Когда это произошло?

— В прошлом месяце. Последнее время ситуация улучшилась: отношения наладились, супруги помирились, снова заговорили о книге, которую собирались писать. Айани… миссис Эштон была довольна.

— Хотите что-то еще добавить?

— Нет, инспектор, это все.

— У вас есть оружие?

— Нет, сэр. Да я и не умею им пользоваться.

— А скальпелем вы сумели бы воспользоваться?

— Скальпелем? Нет, конечно нет.

Когда Галанг Толоса ушел, инспектор вызвал свою помощницу:

— Что ты думаешь, Петра, по поводу того, что подслушала, стоя за дверью?

— Что миссис Эштон имела достаточно мотивов, чтобы избавиться от мужа, и в придачу в ее распоряжении был парень, который мог ей в этом помочь.

— Полагаешь, Айани способна убить мужа током, используя тайзер?

— Нет, она скорее подложила бы ему в постель эфиопскую змею. Но полагаю, что Галанг Толоса забыл упомянуть об одной детали.

— Какой?

— Что они с Айани — любовники. Минуточку, шеф, не перебивайте меня! В отношениях этих двоих много оттенков, они сообщники, они доверяют друг другу, она ему протежирует, и он, должно быть, единственный мужчина, который знает ее до последней клеточки и способен доставить ей сексуальное наслаждение.

— Господи Исусе! Какие извращения тебе приходят в голову!"

"— Мне-то их приходит в голову мало, а вот у Галанга наверняка обширный репертуар. Хотите, я вам точно объясню, какого рода обрезанию подверглась Айани в восемь лет: ей удалили половые губы и клитор. Это не секрет, она сама об этом говорила.