Игра в отрезанный палец

Пройдясь вчерашним маршрутом, он вышел на центральную площадь Ойскирхена, и ноги сами довели его к уже знакомому кафе с высокими круглыми столиками и грибками-табуретами. Взяв себе кофе и белую мышку-пастилу за десять пфеннишек, он уселся лицом к прозрачной стеклянной стене кафе. Теперь спокойствие понемногу возвращалось к Нику. Он был вне досягаемости телефонных звонков и команд, которые не мог исполнить. Ему и не хотелось сейчас исполнять какие бы то ни было команды. Он был временно свободным. Но настолько временно, что даже думать об этом боялся.

Уставился сквозь стекло на площадь.

«И чего здесь так много аптек? — подумал, пригубив крепкого кофе. — Может, люди здесь чаще болеют? Или наоборот, живут дольше и поэтому им в старости требуется много таблеток и витаминов?»

Как-то сами собой мысли потекли в этом направлении и от аптек перескочили к самому городку, маленькому и скучному, в котором, казалось, делать было совершенно нечего. Разве что только болеть и лечиться.

Мимо прошла старушка с тележкой для покупок, наполненной одинаковыми пакетами с красной надписью «Норма».

Собственно, он здесь и видел только одну старушку.

Она вдруг вернулась и помахала Нику рукой, тоже узнав его. Зашла в кафе, оставив тележку с покупками на улице у двери.

— Доброе утро, молодой человек, — сказала, улыбаясь. — Как ваша черепаха?

— Хорошо, — ответил Ник по-немецки.

— Вы же недавно у нас живете? Вам нравится здесь?

— Да, красивый город…

— Вы приходите ко мне на обед сегодня, я суп из капусты сварю.

Скучно, знаете, одной. Сын редко приезжает…

Ник кивнул.

— Квартира три, приходите в полпервого.

Ник проводил ее взглядом, глотнул кофе и закусил белой конфетной мышкой. В принципе, приглашение старушки пришлось как нельзя кстати. Еще один повод не сидеть у себя в квартире, к тому же и пообедает.

Время ускорило свой бег. После кафе Ник прогулялся до почты, но не доходя до ее желтой вывески, свернул на узкую улочку, убегавшую направо. Вышел к церкви, во дворе которой находилось маленькое старое кладбище — два-три десятка могил.

Там же на кладбище вспомнил о старушке, пригласившей его на обед. Подумал, что нехорошо идти с пустыми руками. Надо бы что-то ей купить. Цветы? Нет, это казалось не совсем уместным.

По дороге назад купил в супермаркете маленький тортик в пластиковой упаковке.

— У вас так долго звонил телефон, — сказала ему старушка, поздоровавшись.