Игра в отрезанный палец

— Вы не могли бы для нас познакомиться с вашим российским коллегой? Его зовут Рефат Сибиров. Вон он там стоит! — и она показала взглядом на Рефата, общавшегося с двумя другими участниками конференции.

Виктор посмотрел на девушку вопросительно.

— Вам же для этого иностранный язык не нужен! — добавила она, не убирая улыбку с лица.

— А о чем мне с ним говорить?

— Ну расскажите, чем вы сейчас занимаетесь, а он вам расскажет, чем он занят…

— Я не могу рассказывать о своих делах, есть такое понятие, как тайна следствия.

Да и он вряд ли что-то расскажет.

— А вы попробуйте! — настаивала Вика. — Даже если просто познакомитесь, уже хорошо. В следующий раз встретитесь, как друзья…

Довольно озадаченный этой просьбой, Виктор отошел от переводчицы. Постоял с кружкой жидкого кофе в руке, отхлебнул. Потом не спеша приблизился к Рефату и его собеседникам. Они разговаривали по-английски.

Виктору пришла вдруг в голову забавная идея и он вернулся к Вике.

— Вы знаете, они там по-английски говорят.

Может, вы меня представите и немного попереводите?

Вика кивнула, и они уже вдвоем подошли. Заметив подошедших, Рефат и его собеседники вежливо замолчали.

Вика представила им Виктора Слуцкого. Обменялись рукопожатиями. Однако разговор после знакомства не завязался. Да и перерыв подошел к концу. Все заспешили в конференц-зал.

Прощальный фуршет был назначен на семь тридцать вечера. Вика убежала по своим делам сразу после окончания последней «сешн».

В гостиницу Виктор возвращался пешком вместе с Войчеком. По дороге они зашли в «паб» и взяли по бокалу пива.

— Ну как, много нового узнал здесь? — спросил Войчек.

— Нет, — признался Виктор. — Я почти ничего в этих банковских делах не понимаю… У меня даже счета ни в одном банке нет…

— Я не о конференции, — перебил его Войчек, чем вызвал у Виктора задумчивую паузу.

— А о чем? — спросил наконец Виктор.

— Ну я так понял, что и ты, и мы с Рефатом занимаемся одним делом…"

"Виктор сделал длинный глоток пива.

Задумался. В принципе все и так было понятно, и фотографии он получил от Войчека, и Рефат, ясное дело, занимался тем же, чем и он, Виктор. Только вот как можно было назвать то, чем они все вместе занимались. «Дело Броницкого»? Но теперь уже было ясно, что убийство генерала Броницкого являлось лишь маленькой частью чего-то большего. Чего-то гораздо более серьезного, чем Виктор представлял себе раньше.