Игра нипочём

Подбитый «Бэйлайнер» вздрогнул, накренился и начал разваливаться, а вертолёт уже разворачивался для второго захода – так, чтобы уже наверняка. Странный такой, непонятный вертолёт, застенчивый до невозможности. Ни бортового номера, ни эмблем, ни какой-либо надписи, ни хрена. Только рёв, крупный калибр и желание порвать на куски.

– Крути назад! – заорал Песцов. – Двигай в форт, живо, двигай назад, говорю!

Весь опыт подсказывал ему, что «крокодил» не успокоится и они будут следующими, а внутренний голос не говорил – орал: «Пора сваливать.

– Ну вот ещё, – усмехнулась Бьянка. В этот миг она здорово напоминала Жанну д’Арк на боевом коне и с открытым забралом. – Хорош орать, бери штурвал и дуй к берегу. – Выскочила из рубки, схватила свой рюкзачок и вытащила из него коробку, ту самую, добытую в Агалатово. – Полный вперёд!

– Слушаюсь, капитан. – Песцов перехватил штурвал, начал примечать ориентиры на берегу, но, конечно, не удержался, глянул через плечо, что же там такое в коробочке.

– Я тебе, сволочь, полетаю!.. – прошипела Бьянка.

Примерилась и поставила зеркальце так, что в нем отразились небо, утренние облачка и стремительно приближавшийся вертолет. Крохотная винтокрылая смерть на зеркальной поверхности, маленькая мушка цеце, жалящая наповал… Вот бы щёлкнуть по ней, придавить ногтем!

К полному изумлению Песцова, Бьянка так и сделала. Ткнула наманикюренным пальцем в отражение вертолёта.

Вот она, сила изящно очерченного женского мизинца…"

"– Никому не говори, – подмигнула Бьянка, – всё равно не поверят. – Убрала зеркальце и сунула палец в рот. – Вот чёрт, порезалась о винт… Право руля, на песок! Перебьёмся без швартовки, не бояре.

Да уж, не бояре. «Американка» с разгону вылетела на мелководье, проутюжила камыши и, судорожно взревев мотором, выскочила из воды. Раненый кит, выбросившийся на берег умирать.

– Дальше посуху. – Бьянка быстро взглянула на часы и опустила красный рубильник. – Знаешь, я ведь так люблю море. Грохот волн, лунную дорожку на воде… Ещё люблю корюшку. Маринованную. С пивом, лучше тёмным…

– Кто это был? – спросил Песцов и выпрыгнул на песок.