Игра нипочём

Ну да ничего, Матвею Иосифовичу упорства было не занимать…

– Да, Пещёрка… Наслышан… Ладно, Мотя, подумаю, – вроде бы согласился Наливайко, не спеша допил, заел икрой и вопросительно глянул на Тамару Павловну. – Ну что, мать, может, начнём уже? Перейдём от разговоров к делу?

– Давно пора, – усмехнулась та и вытащила нераспечатанную колоду. – Что-то вы с годами, братцы, становитесь тяжелы на подъём. Это я как профи вам говорю!

Дело заключалось в том, что и Фраерман, и супруги Наливайко были заядлыми картёжниками, впрочем, в самом лучшем смысле этого слова.

Однако сегодня даже преферанс не увлекал, как обычно. Под впечатлением недавних событий никак не получалось сосредоточиться, и после третьей сдачи Фраерман бросил карты: игра определённо не клеилась.

– Так что ты, Василий, подумай, – сказал он, вытаскивая коробочку «антиполицая». – Лучше, брат, не ждать следующего-то звонка… Давай, мы снимаемся через три дня.

Подмигнул Шерхану и отчалил, только «Мерседес» заурчал мощно и басовито. И что это там такого криминального в звуке его породистого двигателя?..

Проводив Мотю, Наливайко отправился в свой кабинет.

Собственно, весь кабинет – угол с письменным столом, отгороженный зеркальным шифоньером… Немедленно явился Шерхан, посмотрел, тягуче вздохнул и свернулся возле хозяйского кресла.

"Интернет доставил ему депешу от профессора Макгирса. «Дорогой коллега и друг, – писал англичанин, – несмотря на поздний час, не могу не поделиться с вами радостной вестью: только что заработала установка, процесс моделирования успешно пошёл… О результатах, параметрах и режимах напишу позднее, видимо утром, и тогда уже буду ждать ваших данных для сравнения.

«Ну, молодец барон», – обрадовался Наливайко. Кстати, с Макгирсом он общался без переводчика, компьютерного или какого ещё, хотя в его школе с английским тоже не особенно напрягались, – выучил сам…

Утром ему, аннулированному, уже не было нужды вставать по будильнику, и он принципиально не стал его заводить.