Игра по-крупному

У нас за турклубом только четверть профкомовского инвентаря числилась, остальное на руках у рабочего класса и трудовой интеллигенции. Периодически это списывалось. Или продавалось по остаточной стоимости. Рубля по два. Думаешь у меня дома этого нет?

– Думаю, есть. А у вот у меня нет.

– Ну, извини. Сам выбрал роль маленького человечка. Так что теперь… – он не договорил, так как увидел сеть. – Вот она. Давай вытащим её на улицу, посмотрим поближе. – Он забросил скатку на плечо и направился к двери, оглянулся. – Слушай, вытащи каяк, покувыркаемся.

Вовец не торопился. Он тщательно обследовал рыбацкую комнату, сунул нос в коробки, набитые мотками лески, блеснами, поплавками, мормышками и прочей мелочевкой. Заглянул в ящики для зимней рыбалки. Их стояло целых три. Такие делались в цехе ширпотреба. Тоже, видать, халявские. В одном из ящиков кроме удочек, коробочек и меховых рукавиц в самом низу лежала толстая пачка бумаги и полиэтилена. Вовец вытащил её и развернул.

Это оказался большой лист кальки, оклеенной липкой пленкой. С первого взгляда на извилистые линии в россыпях цифр и значков ему стало ясно, что это копия знаменитой анисимовской карты. Аккуратно сложил её и убрал на прежнее место. Потом сползал на стеллаж, снял с кронштейнов легкий желтый каяк и весло.

Селифан любовался разложенной на траве сетью."

"– Ну что? Геркина сеть, могу поставить ящик пива против анализа мочи! Смотри: посажена на РКФ, специальный провод с фторопластовым сердечником.

– А, может, это Салкина сеть? На ней же не написано.

– Может, хотя все равно Геркина работа. А насчет подписи сейчас поглядим. – Он принялся внимательно разглядывать свинцовые грузила. – Вот, видишь, буковки? Для себя Гера старался, не за зарплату.

– А другим, выходит, за зарплату?

– Не только.

Вовец только плечами пожал:

– Вроде, на сборке где-то.

– То-то и оно. У него домишко в Аксюткино. Через это дело и на завод попал. Тебя, небось, на чистую работу в сборочный не взяли, хоть ты и инженер.

– Каяк, выходит, так же, как и сети, халявный? – Цинизм особых трудовых отношений начальства и полезных работников шокировал Вовца.