Идеальный хищник

— Вот так?

Он проводит ладонями по моему телу, выскальзывает — и переворачивает меня на живот.

Тяжело наваливается сверху, вжимая в кровать, впивается зубами в шею сзади и толкается резким движением, входя сразу на всю длину.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Всхлипываю от того же захватывающего дух чувства, от которого я бежала. Оно становится еще невыносимее. Словно теперь он достает до какой-то особенной точки, в которой всю мою жизнь копилось напряжение.

Еще одно, второе, третье слитное движение внутрь — и оргазм прорывается из меня рыданиями. Слезы освобождения и пронзительной нежности выплескиваются в такт горячим волнам, прокатывающимся по телу.

Задыхаясь, утыкаюсь в подушку, промокшую насквозь.

Но я… не насытилась.

И он не насытился.

Филипп вновь выходит из меня, разворачивая к себе лицом и целует мои мокрые губы.

В коктейль наших вкусов добавляется нотка соли.

— Еще? — низкий хриплый голос вибрирует в костях.

— А ты?..

Он же еще не кончил, почему он спрашивает?

11.

Горячая кожа Филиппа блестит от пота, все мышцы его атлетичного тела напряжены и наполнены кровью — твердые и упругие.

Впрочем, не только мышцы…"

"Он стаскивает презерватив, чтобы заменить его на новый. Я даже не успела заметить, когда он его умудрился надеть. Я вообще забыла о предохранении!

Вера, Вера…

Сама себе удивляюсь. Не хватало еще только залететь от этого хищника!

Гладкий упругий член притягивает к себе взгляд.

Тянусь, чтобы обнять его ладонью и почувствовать пульс под горячей кожей.

— По-моему, тут больше девятнадцати сантиметров… — удивляюсь вслух.

— С чего ты решила, что у меня девятнадцать? — недоуменно отвечает Филипп.

Его ладонь ложится поверх моих пальцев, сжимает их и вынуждает провести вверх вниз по крепкому стволу.

— Э-э-э-э-э… — господи, что бы придумать? — Да так! Показалось!

Судя по пронзительному взгляду, выкрутиться мне не удалось.

Но я забираю у него из пальцев презерватив и сама раскатываю его по члену, сжимая его так, что Завадич резко втягивает воздух сквозь сжатые зубы.

Толкаю его ладонями в грудь, опрокидывая на шелк простыней.

Покоренный хищник, распростертый подо мной — что может быть прекраснее?

Особенно такой — с острыми скулами, широкими плечами, жилистыми руками, которыми он сжимает мои бедра, пока я медленно опускаюсь сверху.

Стальные глаза сверлят меня, пробивая тоннель прямо в глубину мозга — так же, как его член пронзает мое тело.