Янтарь

— Блинчики! — пробасил довольный Янтарь, прыгая на одной ноге и упираясь в мои плечи, с радостью направляясь домой и сразу в сторону кухни, — Но если пирожки с мясом, то от них тоже не откажусь!

Глава 8

Вышагивая за Янтарем, я думала о том, настолько же странно себя чувствую.

Мне было плохо…

Или выслушает, покричит от ярости, но все равно согласится.

Понятия не имею, что бы ответил на это Бер, если бы над его головой неожиданно не появился летящий мотоцикл, который пришелся с грохотом как раз на затылок, отчего мужчина повалился на колени под мой визг и округлившиеся глаза Янтаря, который рыкнул:

Винегрет еще тот!

Вариантов с отказом не было!

— Гризли значит, — отец пригладил свою аккуратную бороду, рассматривая фото так пристально, словно собирался сегодня же отправляться на их поиски, а поэтому запоминал мельчайшие подробности.

— Один.

— Спасибо, ты самый лучший, — прошептала я, когда Янтарь оказался рядом, переплетая наши пальцы в замок и целуя в плечо, а потом и вовсе поднимая на руки, чтобы зашагать скорее вслед за своими братьями и раздавленным морально отцом.

Воистину я чувствовала себя динозавром, который смотрел, затаив дыхание, на красоту и ужас последнего момента, глядя теперь в эти глаза, и выдыхая слишком наивно и глупо, но совершенно искренне:

Кадьяки, Полярные, Гризли, и три человеческие девушки!

Янтарь обернулся, улыбаясь как всегда широко и открыто, не тая за душой ничего плохого и тайного, подмигивая Бурану:

— Но сердце у него далеко не ледяное…

Он был словно цунами, которое накрыло своей волной даже этого великана, что едва ли боялся в этой жизни хотя бы кого-нибудь!

Вот и сейчас все собрались именно здесь.

— Золушка чуточку не готова к балу!

— Скажите спасибо Нефриту, когда вернемся! Эта засушенная сопля самки тюленя хитрее и умнее вас в сто раз!…Весь в своего батю, мать их волосатую….

Оставаясь на руках Янтаря, я могла лишь во все глаза наблюдать за происходящим вокруг когда и мы вошли в дом, где нас тут же окружили запахи готовящегося обеда, тепла, уюта и воркования малышни из спальни карапузов, когда я снова подумала о том, до чего же удивительная и волшебная эта семья!

— Ну-ка вернись сюда!

— Нас было трое! — так же недовольно нахмурился Ураган, разделяя задетые чувства своего кровного брата Тумана.

— Ладно. Попробуй, старик.

Да, он чувствовал себя виноватым в смерти своей семьи.