Их двое

Обладатель какого-то кубка, какого-то звания… Снайпер, что ли? Да, снайпер.Идеальный мужчина с идеальным телом.Почему-то часто снится наша первая,  не особенно удачная встреча. Его мощные татуированные руки, раскинувшиеся на всю ширину кровати. Подтянутый зад в белых боксерах. Сонные глаза, с недоумением таращащиеся на меня. Тогда уже что-то ведь екнуло. Ну кого я обманываю? Тогда, тогда.

Егерь, огромный, мрачный, мой железный человек. Как он рычал тогда, как сумку мою потрошил… Ноут разбомбил… Ох, я злилась…Руки его волосатые, железные пальцы.

И ярость, холодная, сдерживаемая внутри, но готовая вырваться наружу и смести все вокруг… Опасный, очень опасный… И такой надежный. Рядом с ним ничего не страшно, вообще.

Они идеально дополняют друг друга. Идеально сработанная двойка.Конечно, они будут рвать.Меня уже порвали. На части. Не соберусь теперь. Никогда.

- Я не хочу пока возвращаться, - вздыхаю опять в трубку, и Борюсик предсказуемо начинает ныть и упрашивать.

- Я тебе работу нашел нормальную, - говорит он в итоге, отчаявшись сманить из «рязанской жопы», как он именует мое место силы, мое убежище, мой маленький домик.

– Глянь, скинул тебе на почту.

- Не надо… Мне пока не требуется…

Мне вообще не требуется, если честно.

Во-первых, тут, в деревне, потребности сходу становятся очень небольшими. А во-вторых, на мой счет регулярно капает хорошая сумма из Канады. Правда, она там так и остается лежать, потому что … Ну, смотрим пункт первый. Но назад я не отправляю ничего, после скандала с парнями и их угрозы бросить все нахер, разорвать контракт, приехать и надавать мне по жопе.

Им нравится заботиться. А мне, честно говоря, нравится принимать их заботу.Новый ноут, новый телефон. Куча гаджетов, все это мне купил и привез в одно из посещений хмурый Борюсик, и, когда я отказалась брать, пригрозил выкинуть на улицу.

- Это твои… поклоннички передали. На их бабки куплено. Настояли , суки. Как-будто я сам не могу…

От них я взяла. В конце концов, нашего договора никто не отменял, хотя один из основных пунктов там был нарушен.

И многократно. И с удовольствием.

- Ну как не надо? – злится Борюсик, - Мась, ты – молодая девка, тебе нельзя в глуши сидеть! Сколько можно? Или… Они… Не разрешают? – последнее он произносит буквально с зубовным скрежетом. Его мне даже без телефонной связи из Москвы слышно.

И смешно. Что они мне могут запретить? Глупость какая…

- Фигню не пори, - отвечаю я уже грубее, потому что надоедает тележиться.