Я вернулся за тобой (СИ)

Внутри все горит, а он как назло замер и не двигается.

— Мирон, пожалуйста…

Но он все равно достает себя, надевает защиту и только тогда возвращается к экзекуции, целует меня, лижет соски и продолжает такие медленные, мучительные движения, сводя меня с ума в любом виде. Пока я просто не хватаю его за волосы, уже не выдерживая, уже снова готовая к кульминации. Мирон скалит зубы, почти полностью достает себя и толкается обратно, начиная новый раунд, который выбил нас из сил окончательно.

— Давай завтра поженимся, — предлагает он под самое утро, а я снова улыбаюсь у него на плече.

— Завтра это завтра? Или завтра это сегодня? Просто рассвет уже.

— Сегодня.

— Воскресенье… Загс работает только завтра. Я узнавала.

— А… захомутать меня решила, — щекочет он меня, но я так хочу спать, что уже ничего не чувствую, плыву по волнам, впервые засыпая без тревог.

— Уже давно. Уже давно.

Эпилог

— Саша, блять! Ты курицу забыла достать из пакета. И мороженное!

Накрываюсь одеялом, чтобы не слышать ворчание Мирона, который все пытается перевоспитать меня.

Нет, он не давит, но поорать для самоуспокоения это ведь святое.

Просто мы только переехали в квартиру и эти коробки меня бесят. Вообще не знала, что у нас скопится столько вещей за пять лет. Вообще не думала, что мы все-таки осядем.

Куда он, туда и я.

Постоянные переезды, гонки, мои редкие отлучки на фотосессии, бесконечная учеба. Теперь у меня диплом маркетолога, но пока он лежит в сумке и пылиться.

За эти пять лет мы словно устроили гонки на выживание.

Мы любили друг друга, а конфликты только закаляли наши отношения. Мы упорно копили деньги, чтобы рано или поздно выбрать страну, дом, и район, желательно рядом с морем, чтобы действительно сказать: «Мы дома». И самое кайфовое, что имели возможность выбирать.

Так чего удивительного, что я привыкшая к ресторанной еде и уборке номеров, забыла чертову курицу в пакете?

— Саня! – голос Мирона ближе, а я ему средний палец показываю. Все-таки он сам меня повел в спальню, а не пакеты раскладывать. Так, чего он орет?

— Не ори, я еще сплю.

— А курица?

— Отпусти ее, пусть улетает.