Я твой Ад (СИ)

— Да, — она живо кивает и смеётся: — Словно муж хочет тебя спрятать!

Только вот мне совсем не весело. Что то есть в её словах. Что-то близкое к истине.

Что, если Руслан и правда прячет меня? Только вот от кого? От отца, который узнает меня по глазам? Или всё-таки от кого-то другого?

От мыслей, которые скачут наперегонки друг с другом, начинает болеть голова. Я решаю пока забыть обо всём и сосредоточиться на главном.

— Меня вчера кто-нибудь спрашивал? — словно между прочим интересуюсь у Иры, когда мы допиваем кофе, и она собирается покинуть мой кабинет.

Девушка замирает возле двери, задумавшись. После чего качает головой и говорит уверенно:

— Нет, никто не спрашивал.

Мои плечи опускаются, и, натянуто улыбнувшись, я отправляю Иру работать."

"Сама же не могу сосредоточиться на делах и бесцельно хожу по салону в течение всего дня. Наверняка действую на нервы персоналу, потому что цель у меня всё-таки есть, и я время от времени выглядываю в окна, отвлекая от работы своим странным поведением.

Но за окнами ничего не меняется… Ровно до пяти часов вечера, когда моя машина оживает оглушительной противоугонной трелью.

После того, как Ян позавчера вскрыл моё авто, сигнализация не работала. А сейчас вдруг орёт на всю улицу.

Схватив ключи, быстро вылетаю из кабинета. Чуть не сталкиваюсь в холле с взволнованной Ирой. Та порывается выйти со мной, потому что на улице начало темнеть, и в окно почти не видно, что происходит возле моей машины. А там явно что-то происходит…

— Всё нормально, — силюсь улыбнуться, останавливая её успокаивающим жестом.

К счастью, девушка отвлекается на вовремя зазвонивший рабочий телефон.

Я выхожу из салона, ощущая, как мои ноги в один миг становятся ватными. Нервничаю. И в то же время воодушевлена. А ещё боюсь, что буду разочарована. Целый коктейль из эмоций! Но сейчас я хотя бы чувствую себя живой.

Подойдя к своей машине, сразу вижу Яна. Он стоит в расслабленной позе, подпирая ногой заднее крыло.

Деловито обхожу автомобиль по кругу, продолжая играть роль Вики Куприной. Не найдя никаких видимых увечий, приближаюсь к Яну. Замираю на расстоянии чуть больше, чем вытянутая рука. Так, чтобы он увидел цвет моих глаз. Но и так, чтобы не иметь возможности дотронуться до него. С каждой нашей встречей это желание становится настолько нестерпимым, что даже больно.