Я твой Ад (СИ)

А не эти идиоты, которые встретили нас в приёмном покое.

— Почему она не пришла в сознание?! — повышаю голос и смотрю на Сокола так, словно он знает ответ.

А он не знает!

И никто не знает…

Ренат остался в том доме охранять Куприна, пока за ним не приедет полиция. Мы же практически сразу отправились в больницу… Вика не открывала глаза весь наш недолгий путь, а я всё время проверял её пульс, не зная, что ещё делать.

Ничего не мог! И ждать тоже больше не могу.

Мы уже сорок минут в стенах этой больницы! К нам до сих пор никто не подошёл и ничего не сообщил о состоянии моей девушки!

— Я дам им ещё минуту, — цежу сквозь зубы, поворачиваюсь к Соболеву.

— Дай им секунд пять, — бросает Кирилл, глядя куда-то за мою спину.

Тут же поворачиваюсь и вижу, что к нам идёт врач. По его лицу ничего нельзя прочесть, и это заставляет мою грудную клетку сжаться. Правда, не уверен, что за последние сорок минут я хоть раз вдохнул полной грудью.

Вскакиваю со скамьи, друзья тоже поднимаются со своих мест.

— Так. Сразу скажу, что всё нормально, — спокойно произносит врач, и мы все трое в унисон выдыхаем.

Он пожимает руку Соболеву, и они обмениваются дружескими улыбками. Похоже, знакомы… И я в очередной раз должен благодарить Кирилла за помощь. Он, как и всегда, действует быстро, смотрит на всё рассудительно, в то время как я в борьбе с собственными эмоциями просто трачу время впустую.

Врач жмёт руки мне и Игнату, и его лицо вновь становится бесстрастным.

— Вика пришла в себя, — говорит он после некоторой паузы. — Мы вывели токсины из её организма. Похоже, её накачивали сильными психотропными веществами… Вике они нанесли минимальный вред, а вот малыш мог пострадать.

— Малыш?!

И это произношу не я, а оторопевший Игнат. Потому что я и вдохнуть не могу, не говоря уже о связной речи.

— Да, Вика беременна, — спокойно продолжает доктор. — Срок маленький, не больше трёх недель. Нужно ещё взять дополнительные анализы и сделать УЗИ. Учитывая её состояние, есть риск выкидыша.

Врач всё говорит, и говорит, и говорит… Но я больше не могу разобрать ни слова. В моей голове звуки смешиваются, превращаясь в белый шум. Этот шум перебивает лишь оглушительный стук собственного сердца.

Она беременна.