Я тебя рисую

На мощной спине, груди, руках. На бедрах… Безумие этих мыслей опалило стыдом, и я отшатнулась. Это все магия… Он заставляет меня думать так! Не знаю, как он это делает, но это не могут быть мои мысли! Арманец смотрел на мои губы, и пламя уже ползло по его шее, теряясь за черным воротником.

Потом резко отодвинулся и отошел. Отвернулся от меня.

– Ева, вечером тебя поведут в покои одного… арманца. Ты должна налить ему в вино несколько капель этого… – он указал на склянку. – Поняла меня?

– Что? – опешила я. – Ты хочешь моими руками убить кого-то? Я не стану этого делать!

– Это не яд, – спокойно сказал Линтар, обернулся, глядя мне в глаза.

 – Это снотворное.

– Я не буду этого делать!

– Тогда готовься, дикарка. Тебе предстоит жаркая и очень долгая ночь, – равнодушно бросил он.

Я непонимающе рассматривала его застывшее лицо.

– Ты… Теперь я игрушка для развлечений кого-то из твоих друзей? – догадалась я. – Как мило. Впрочем, чего еще от тебя ожидать, повелитель Ранххара!

Мне хотелось ударить по этому холодному лицу так, чтобы разбить губы в кровь.

О, Создатель сущего! Что со мной стало? Я – созидающая, агрессия вообще нам не свойственна, но как только вижу это лицо с огненными глазами, просто мечтаю вцепиться в его белые волосы!"

"Только вот моя ненависть, как и другие чувства, совсем не волновала арманца. Потому что он просто развернулся и ушел, снова оставив меня в одиночестве. Я посмотрела на склянку из темного стекла. Хотелось расплакаться, но я сжала зубы и запретила себе это делать. Логику Линтара я не понимала.

Сначала отдает меня кому-то, потом велит подлить снотворное! Это какая-то игра? Ловушка? Или в склянке все же яд? Но мне нельзя убивать! Именно поэтому я до сих пор не попыталась всадить нож в тело арманца! И если от того, что находится в склянке, кто-то умрет, мой эликсир сгорит.

Я обхватила себя руками, не зная, как поступить.

Вечером пришли две служанки. Они заставили меня залезть в купель, потом натерли тело благовониями и уложили волосы. Я все эти действия восприняла спокойно, все же я принцесса и мне не в новинку подобное… Принцесса… Я усмехнулась.

Я уже с трудом верила в это. Меня нарядили в летящее платье из нескольких слоев тонкой ткани лилового и зеленого цветов, украсили волосы сладко пахнущим бутоном и лентами. Мои глаза обвели темной краской, а губы смазали бальзамом, отчего они покраснели и чуть припухли. Я горько усмехнулась, рассматривая свое отражение в зеркале. Похоже, арманец, которому меня отдали, оказался с запросами.