Я тебя рисую

Хорошо бы не видеть и после…"

"Брат моей будущей пары появляется последним, как всегда – в белом.

– Аннххар Линтар Солдиор…

Я выслушиваю все свои имена с вежливой улыбкой, а после перечисляю его. Усмехнувшись, Хром ведет рукой, показывая на двух высоких темноглазых девушек.

– Подарок, Линтар, – он насмешливо улыбается. – Если решишь отдохнуть от моей сестрички. Чистокровные Первородные. Их даже может хватить тебе на несколько раз, регенерация моментальная и без дорххама.

– Что ты, Хром. Разве я могу устать от лучезарной Светлейшей? – равнодушно бросаю я.

Правитель Белой долины улыбается так же вежливо, как и я, но в красных глазах я вижу неприязнь. Впрочем, после восхода Синей Звезды мы станем связаны кровью Аярны, так что Хром склонится передо мной. Перстень власти перейдет ко мне, как к сильнейшему из пяти правителей, и он знает это. И все зубоскальство Хрома не имеет значения.

В окружении свиты к нам идет правитель Черной Долины Стайар. Снова длинное перечисление имен и титулов.

– Линтар, вижу, Цветок Тлена почти расцвел? В этом году так рано… – В голосе старика искреннее огорчение.

– Увы, Аонис. Мы пытаемся остановить его цветение.

– Загонщики снова требуют жертву? – В голосе Хрома мелькнуло любопытство.

А я подумал, что после ритуала пресеку все контакты Аярны с братом.

Аонис покачал головой.

– Если бы мы могли найти выход… – пробормотал он. – Цветок появляется уже и на скалах, почти возле ущелий.

Мы с Хромом посмотрели на старика и нахмурились. Плохие новости.

– Не будем омрачать грустью праздник, – тряхнул головой повелитель Стайара. – Для разговоров о делах еще будет время.

Я кивнул, соглашаясь. Собственно, сам ритуал меня волновал мало. Но вот возможность собрать всех правителей у себя, чтобы склонить их в нужную мне сторону, – дорогого стоит. Тем более что теперь у меня перевес. Впрочем, все прекрасно понимали, чем является наш союз с Аярной.

* * *"

"К вечеру явилась прислуга, чтобы помочь мне одеться. Голубой свет звезды уже заливал долину призрачным сиянием. Драконья чешуя холодила мне кожу, а перстни непривычно утяжеляли пальцы.