Я тебя рисую

– Недействительным? Ты шутишь, друг. Ева – моя жена, и я не отпущу ее.

– Создатель сущего! – не выдержала я. – О чем вы говорите? У нас армия на границе, давайте разберемся потом с этим браком!

– Ты немедленно отправляешься на Черный Мыс, Ева! – приказал Арвиэль.

– Она отправляется на Лебяжье Озеро! – разозлился Люк.

Я перевела взгляд с одного на другого. Глубоко вздохнула.

– Ну все. С меня хватит.

И метнулась к двери.

– Диос, держи дверь!

Крылатый страж среагировал мгновенно и подпер своим большим телом створку, не выпуская двух разъяренных друзей.

– Наверх! – скомандовала я. – На крышу и к порталу за озером!

– Туфли на месте? – хмыкнул Виар, а я широко улыбнулась. – Тогда можно лететь.

И с места рванул вверх, распахивая огромные черные крылья. Дверь в сад он почти выбил, не останавливаясь, и сразу же камнем бросился вниз, с высоты замка, а потом вдоль озера, не поднимаясь высоко над землей.

– Нас догоняют, держитесь, Ваше Величество! – выдохнул страж.

Нас действительно догоняли, причем не только стражи моего мужа, но и Диос. Мой крылатый был уже совсем близко, видимо, здраво рассудив, что оставаться в замке ему теперь неразумно.

– Ух ты, быстро летает, – восхитилась я.

– Диос – самое легкое крыло во взводе, – прохрипел Виар, не сбавляя скорости, его черные крылья рассекали воздух беззвучно, но сильно.

– На вас злятся, Ваше Величество, – весело выдохнул Диос уже рядом с нами.

– У меня судьба такая всех злить… – пробормотала я. Еще взмах, и мы втроем ввалились в портал. На миг мелькнуло за аркой бледное лицо Арвиэля и мрачное – Люка, но я уже соединяла линии силы, задавая направление. Все же я тоже принцесса и хоть что-то умею…

* * *Мы вывалились на влажную траву.

– Все нормально, – остановила я поток беспокойства, отряхнула юбку и осмотрелась. Мне пришлось воспользоваться порталом, потому что вокруг замка Арвиэль установил мощный защитный барьер, который я вряд ли смогла бы преодолеть даже с помощью артефакта.

– Где мы? – удивился Диос.

Сбоку от нас шумел лес, величественные сосны и дубы, казалось, упирались макушками в небо.