Я тебя ненавижу

А теперь я чувствовал, что нам предстояло играть совсем в другие – взрослые – игры. И единственное, что меня в этой ситуации радовало, – это то, что Полина была в безопасности у себя дома. Я даже не представлял, что делал бы, если бы она осталась в лагере. И тут меня накрыл новый страх. Она была дома одна. Если эти отморозки нашли наш лагерь, то что им стоило найти Полю? С другой стороны, у нас никаких завязок с бандосами не было, так что, скорее всего, это была ошибка. Но что, если их визит – это дело рук Тиханского? Порву суку, если он все никак не угомонится.

Я набрал Полину, она не ответила. Набирал снова и снова, но звонки все так же летели в никуда. Я точно помнил, как она сжимала в руках свой телефон, значит, в лагере его забыть не могла.

– Ну давай, Кукла, ответь.

После очередного неудачного звонка я наговорил ей голосовое, давая указания, чтобы поставила меня на быстрый дозвон и в случае любых сомнений или непонятных звуков сразу же звонила. Повесив трубку, решил, что сразу после того, как в лагере все уляжется, поеду к ней и, если потребуется, силой вывезу ее вместе с матерью к себе, пока все не уляжется.

Если это было связано с прокурорским, то надо было убедиться, что проблема решена.

Добравшись до лагеря, я влетел на парковку, едва не протаранив огромную елку на въезде. Схватил из бардачка ствол, выбежал из машины и пулей рванул к месту нашего отдыха. Отдыха, блядь. В свете последних событий это место вряд ли можно было назвать таковым.

Пробежав между деревьями, я услышал разговор и притормозил, крадясь между двумя стволами многолетних елок с раскидистыми лапами.

– Как только ваш мудозвон вернется, мы вас отпустим.

– Отпусти хотя бы девушек, – услышал я разъяренный голос придурка. – Или мама не учила тебя уважать женщин?

– Закрой пасть, мудила! – рявкнул мужик сиплым голосом. – Башка что ли лишняя.

– Ну ты и ссыкло, если держишь девушек в заложниках.

Я подкрался немного ближе, и передо мной наконец предстала полная картина.

Все мои друзья и их девушки стояли на коленях на песке, держа руки за головой. Девчонки тихо всхлипывали, глядя на песок, а пацаны с яростью осматривали семерых мужиков, которые стояли перед ними. По стойкам и внешнему виду не сложно было определить, к какому слою населения относились головорезы. У одного из них была пушка в руке, и он прогуливался вдоль ряда моих друзей. Вот суки.