Я (не) смогу простить

Надо же остановить это? Почему я позволяю ему целовать себя?

Резко отдергиваю голову, отворачиваясь, и его губы проводят по моей щеке. Я отступаю и убираю его руку со своей талии.

– Что такое? – чуть усмехается он. Скользит пальцами вниз мне на шею и наверняка чувствует, как часто бьется тонкая венка.

– Не делайте так больше, – строго произношу я, уворачиваясь и от второй его руки.

– Тебе не понравилось? – он приподнимает бровь и с интересом смотрит на меня.

– Просто не надо, – отвечаю я. – До свидания, – и, не глядя больше в эти усмехающиеся глаза, разворачиваюсь, открываю быстро подъездную дверь и забегаю внутрь.

Но, прежде чем вбежать по лестнице, прислушиваюсь. Тихо. Я быстро бегу к квартире, захожу и сразу иду к окну. Аккуратно выглядываю – машины Арама уже нет. Облегченно выдыхаю, закрывая глаза и прислушиваясь к бешено бьющемуся сердечку в тесной груди.

– Элли, это ты? – раздается из комнаты мамин голос.

– Да, мам, это я.

– Поздно так. В институте задержалась?

– Да, – отвечаю и хмурюсь, понимая, что обманываю маму.

Мне кажется, эта история не понравится маме.

– Элли, подойди, – просит мама и я иду к ней в комнату.

– Мама, что с тобой? – спрашиваю, заметив, что мама, бледная, лежит на кровати. Подбегаю к ней и беру за руку.

– Приболела что-то, температура.

– Мам, врача вызову?

– Был уже врач, – слабо улыбается мама. – Ничего страшного, Элли, не волнуйся. Продуло, видимо, когда окна мыла у клиентки.

– Мам…

– Все в порядке. Сейчас отлежусь и завтра у меня еще заказ…

– Мам, ты болеешь! Какой заказ? Я не пущу тебя! Позвоним и отменим.

– Нельзя, Элли. Нельзя. Это та клиентка, помнишь? Новая. Которая очень хорошо платит. Ей надо помочь с подготовкой к банкету. Она очень просила.

– Ну, пусть наймет фирму какую-нибудь. Мам, ты болеешь! Нельзя тебе. Совсем сляжешь.

– Это всего лишь простуда, – улыбается она и гладит мою руку, а потом и по волосам проводит. – К утру все пройдет.

Но утром маме не становится лучше. Ночью она кашляет и я сплю в ее комнате, периодически просыпаясь и подавая ей теплое питье.

– Мам, я сама схожу в тот дом, – решительно говорю я, одеваясь, когда замечаю, что мама проснулась. – У меня сегодня все равно только лекции. Потом сама почитаю. Раз это так важно для тебя… для нас…

– Ох, Элли, – вздыхает мама и пытается встать. – Прости, дочка.

– Мам, ты чего? – улыбаюсь я. Наклоняюсь и целую ее.