Я не сдамся, некромант

Вот только у него был козырь, о котором никто и не мог догадаться.

- Как давно ты нашел архивы Говарда Эстли? - спросила я, не в силах больше выносить это молчание. Он изучал меня, будто препарировал, и от этого становилось откровенно не по себе. Впрочем, вести задушевные беседы с тем, кто всего через пару часов собирается меня убить, тоже доставляло мало удовольствия.

- А у меня недавно год назад дедушка умер, - развел руками собеседник, словно принося ей извинения. - Тут-то я и обнаружил, каким сокровищем он обладал.

И кто бы мог подумать, что наш род идет от личного помощника королевского мага. Он был гением, правда, Мелли? - в его голосе слышалось возбуждение. - Ты наверняка смотрела разработки и представляешь, с помощью каких простых механизмом он умудрялся все оптимизировать. Талант!

- Жаль только, что этот талант кончил плохо, - возразила ему я. - Впрочем, как и ты. Зачем тебе весь этот безумный план. Чего ты хочешь?

Задушевные беседы со злодеями - что может быть глупее и банальнее? Как в плохих романах, честное слово! Но «пауку» явно хотелось выговориться.

- Да что ты можешь понимать, выпестованная в сильной магической семье, а? - недовольно буркнул он. - Тебе никогда не почувствовать, каково это - жить среди сильных магов и понимать, что на фоне них ты - слабак. Ничего не можешь. Не потому что глупее. Чертов резерв!

- Я смотрю, комплекс неполноценности не дремлет, - усмехнулась я, чувствуя, как где-то в душе разливается горечь. Да, такое чувство действительно мне не знакомо.

Но осознавать, что ты общалась с человеком, который тихо ненавидел тебя за твою силу... Это было страшно. Горько. Мерзко.

Резкая пощечина обожгла щеку болью, и я едва сдержалась, чтобы не вскрикнуть. Нельзя, Амелия, нельзя показывать свои слабые места. Даже связанная, до тех пор, пока ты сохраняешь силу духа, ты - сильнее.

- Замолчи! - скомандовал он. - Я сильнее тебя. И то, что ты сейчас в моей власти, это только доказывает.

- Кстати, поделись секретом, почему ты меня похитил сейчас? Разве я не должна была стать последней жертвой? - поинтересовалась я так, словно меня и пальцем не тронули.

Так, будто мы с ним пили чай и беседовали. А в голове набатом била мысль, что мой собеседник совершенно, абсолютно ненормальный.

- Ну же умная девочка, подумай, - усмехнулся он, снова вернувшись к покровительственноласковому тону. - Последняя ли ты жертва?

Я помолчала, оценивая известные мне подробности и собственные умозаключения.