Я не могу с тобой проститься

- Кому писать-то? Кому можно пожаловаться на любимую женщину? - усмехается, - разве что Господу Богу или ей самой…

- У тебя есть любимая женщина? Я её знаю? – конечно, знаю, только не верю!

- Есть… одна на все времена. Вот она стоит рядом и нагло прикидывается ветошью!

- Не нагло, а в больших сомнениях!

- Хватит сомнений, иди сюда, - похлопывает по кровати около себя, ещё шаг, и сдамся.

- Жалуйся, - разрешаю и делаю этот решающий шаг. Стою, из последних сил сдерживаю себя. Я хочу к нему, безумно хочу! А он не торопит,

- Она у меня злая, - начинает обречённо, и мина такая скорбная, - свирепая, кровожадная, играет со мной в кошки мышки всё время.

Выпускает когти, шипит, хочет убить: сегодня расстреливала, на днях душила, - потирает шею, - и вдруг принимается жалеть и спасает, как бы ни обидел, всё равно спасает…

А я больше не могу, забираюсь к нему на кровать, на самый краешек, но он подтягивает к себе.

И вот уже лежу на его груди, непослушное сердце снова прыгает от счастья, я опять сдалась! А он зарылся лицом в моих всё ещё рыжих волосах и дышит туда шумно, втягивает носом воздух, как голодный зверь и продолжает рассказывать, какая я ужасная,

- Она такая.

.. такая, что стоит приблизиться, коснуться или только вдохнуть её запах, как начинает кружиться голова, тело выходит из-под контроля, а разум, вообще, в отключку! Она регулярно ставит меня на колени и даже не замечает, что я давно уже на них стою… давным-давно!

Неужели! Неужели у него тоже самое? А что же тогда за игры ты ведёшь, мой милый? Хоть бы уж наврал чего-нибудь, я же не забыла, как ты меня в очередной раз бросил,

- Игорь, почему ты опять сбежал? – странно, но этот вопрос его очень веселит, он выпутывается из моей огненной гривы и, воздевая руки к небу, радостно восклицает,

- Ура! Мне дали слово! Наконец-то! Я уж думал, не дождаться! Так и помру не оправдавшись!.

.

Потом Игорь обстоятельно рассказывает, как пошёл за круассанами, будь они не ладны! И, что если бы лишних полчаса или даже двадцать минут провалялся со мной в постели, я всё бы узнала сразу, и не было бы всего этого душераздирающего недоразумения.

Я, конечно же, вставляю свои пять копеек про то, какой он идиот, на что Стрельцов с готовностью соглашается, и я его почти прощаю, слегка потрепав за ухо и чмокнув в нос, получаю ответный чмок.

Но это ещё не вся драма.