Я, Лунин…

Против него же вначале дело за грабеж завели.

— Возбудили, — машинально поправил Илья.

— А уже потом, когда адвокат вмешался, перевозбудили дело.

— Переквалифицировали, — все так же машинально пробормотал Лунин.

— Стало оно тогда самоуправством называться, — не обратила внимания на бормотание Ильи тетка, — хотя, как по мне, какое же это самоуправство, если ты свои же собственные деньги забираешь. Но я тебе так скажу: Головков и против этого тогда выступал. Очень уж он хотел Толика в тюрьму посадить, аж зубами скрипел, когда не по-его все вышло, условно Толику дали.

— А Головков — это у нас кто? — Илья поставил уже поднесенную ко рту кружку обратно на стол.

— Мразота он конченая, вот он кто, — выпалила тетка, — сосед наш, через дорогу живет. Тогда он еще майором был, как там это у вас называется, в уголовном розыске.

— Оперативником?

— Может, и оперативником, я ваших должностей не понимаю. А нынче-то он знаешь как выслужился? Звезду ему на погон еще одну дали, и теперь у нас в районе всем розыском он и командует.

"— И за что же этот начальник так сильно Анатолия невзлюбил? Уж это-то, думаю, вы знаете?

— Господи, чего там знать-то? Вся округа знает. Они за полгода до того случая с Толиком на машинах помялись сильно. Точнее, Головков помялся, а Толик, он на грузовике был, ему-то, считай, ничего и не было. Небось, сам знаешь, как у мужиков бывает, на нервах из машин повыскакивали, начали друг друга крыть почем зря. Ну тут Головков и начал Тольку чинами своими пугать, мол, он по-любому в споре прав окажется.

— Ну и как, оказался?

— Да как же, — усмехнулась тетка, — ГАИ приехала, оказалось, что Толик во всем правый был. Он и ехал с правой стороны, а значит, по правилам, его и пропустить надо было.

— Помеха справа, — кивнул Лунин.

— Ну а этот думал, что раз он майор, так ему никто здесь не помеха. А пришлось после этого машину чинить, он об грузовик, считай, весь бок раскромсал. А машина-то ведь новая у него была, недешевая, так что он Толику с того дня первым врагом во всей округе стал.

— Да уж, не очень хорошо, когда такие соседи.

Лунин почему-то вспомнил Тамару Алексеевну, свою собственную соседку по лестничной площадке, которая две недели назад, встретив Лунина, возвращающегося с прогулки вместе со Светочкой, ласково улыбнулась и прощебетала: «А что-то я так давно Юленьку не видела, уж и соскучиться по ней успела. Пусть забегает ко мне, посидим по-соседски, чайку попьем.