Я хочу быть с тобой

Она боялась даже закрыть глаза – подсознание тут же начинало рисовать самые страшные картины.

В четверг утром поняла, что не может сама сесть за руль. Вызвала такси и приехала в больницу.

Палата мирно посапывала. Спокойный Алешенька, кажется, и не догадывался, что его ждет: на детских губах во сне блуждала мягкая улыбка. При виде ее Алла не удержалась от слез, а дальше все происходило как в тумане.

Она, как могла, улыбалась Алешеньке, помогала медсестре снять с ребенка пижамку, собственными руками перекладывала его на каталку, а потом провожала до операционной.

Зазвонил телефон. Она молча поднесла к уху трубку.

– Алла Георгиевна, это из органа опеки.

– Да…

– Ваш пакет документов рассмотрен, результат можете получить по нашему адресу.

– Что там?

– Зачитать?

– Пожалуйста…

– Так, – зашуршали бумаги.

– Что это значит? – она окончательно перестала соображать.

– Отказ в усыновлении. Приезжайте за документами.

Короткие гудки раскаленной лавой вливались в мозг. Все плохо… Все пропало… Алешеньку не спасут… Алла почувствовала, что теряет сознание.

Она очнулась от грохота каталки. Звук, подобный набату, приближался по коридору, и в нем растворились шорохи, голоса, даже воздух. Стало нечем дышать. Кое-как поднявшись с кровати, она, как солдат, вытянулась по стойке «смирно».

– Помогите, – попросила медсестра, но Алла не смогла даже пошевелиться. На помощь пришла Лена: взяла Алешеньку за плечи.

– Как? – успела она шепнуть до того, как медсестра откинула одеяло.

– Хорошо, – пожилая женщина улыбнулась, – руки-ноги на месте!

Алла, не помня себя от счастья, не в силах справиться с чувствами, раздирающими ее на части, вылетела за дверь.

Выскочив из отделения травматологии, она чуть не врезалась в мужчину и отругала себя: нельзя так, нельзя. Здесь же дети на колясках, на костылях!

– Алена?! – знакомый голос заставил ее вздрогнуть.

– Вадим…

– Как прошла операция?

– Откуда ты знаешь?!

– Мы с Борисом Кузьмичом вместе планировали.