Я беременна от вас, босс!

Делаю мелкий шажок вперёд, принюхиваюсь. И опять морщусь. Так, это не просто минус – это жирный минус.

– Та-ак, следующая, – машу рукой и говорю своим мыслям.

Девушка хоть и в оцепенении, но выходит из лифта. И в кабинку вваливается толпа офисных работников.

Как раз попадаются три молоденьких девушки. Нюхаю одну из них – снова не то. Другую рассматриваю – очки не носит. Третья – полновата и длина волос не та.

Да что же это такое!

Разъярённый вылетаю из лифта и иду в свой кабинет. Звоню начальнику отделов и прошу выслать рабочий график работников.

Почему-то сразу я не додумался. Тот, у кого был выходной или ушёл раньше… Хотя, это было поздно вечером. Они уже могли уйти с работы.

Но только не ночная смена. Та-ак. Круг сужается.

Через полчаса я получаю результат.

Осталось проверить каких-то тридцать девушек. И ликую. Их всё меньше и меньше.

Как их всех проверять?

Посмотрим.

Сажусь за стол и зло барабаню по дереву пальцами. И что делать?

Так хотел ребёнка, что увяз в болоте. Получай, Эмир! Фиг тебе, а не ребёнок.

Теперь сиди и гадай.

Внезапно экран телефона мигает.

Смотрю на дисплей и хмурюсь. Сообщение от Виталины. Она вообще редко что-то присылает. Если по работе, то делает это на почту.

Открываю… А там одно короткое сообщение:

«Босс. Помогите. Я застряла»

Виталина. Полчаса назад.

План мой немного меняется. Хоть я и должна ехать на предприятие – еду в парфюмерную мастерскую, где и производят этот одеколон.

Да, босс у меня любит редкие экземпляры. И именно он продаётся лимитированной коллекцией.

Хоть в чём-то мне повезло.

Господи, это закон подлости?

Скоро я начну верить, что случайности – не случайны.

А всё это – проделки судьбы.

Но это же бред!

– Ну, девушка, я не могу предоставить вам такую информацию.

Парень, набивающий себе цену, потирает подбородок.

– Три тысячи решат этот вопрос? – выгибаю вопросительно бровь. Протягиваю ему три голубеньких купюры.

А он смотрит на них так, как царь на челядь.

Да я ему почти последние, кровные отдаю.

У меня зарплата только через две недели. А остальное я потратила на духи. Бельё. Платье. Причёску. Шугаринг, маникюр. Нормальный вообще?

– Девочка, ты серьёзно? – кривляется. – Этот одеколон стоит тридцать кусков. Ты уверена, что мне есть дело до трёх тысяч?

Я едва не рычу.

Забираю обратно свои три тысячи и кладу на стойку свою рыженькую девочку.

– Я прошу тебя выдать мне список покупателей, а не наркобаронов, – шиплю.