Я беременна от вас, босс!

Ой, мужик, знал бы ты, что скоро её не станет! Остановить его, что ли? Но, думаю, они долго не проживут. Лена слишком жадная. Ей подавай богатых мужиков. К тому же у неё несносный характер. Стас долго не продержится.

Смеюсь, закрываю дверь. А потом иду обратно в кухню, собираясь продолжить наш с Витой завтрак.

Но сердце вниз падает, когда порог переступаю.

Вита сидит, стирает слёзы с розовых опухших щёчек.

Подбегаю к ней, опускаю ладонь на макушку и обнимаю. Начинаю нервничать так, словно беременный здесь я.

– Малыш, ты чего?

Она меня одним плачем добивает. А тут плечи подрагивают, носом ещё шмыгает.

– Это так мило-о-о, – завывает внезапно, распахивая губы. – И благородно! Пришёл, сказал…

Так вот, почему она плачет!

– Признался, что ребёнок не его.

– Ну, всё, перестань, – успокаиваю её. Только пола мне залитого не хватало. – А то соседей затопим. Давай не будем? Хочешь шоколадку? А завтра на УЗИ вместе сгоняем. На малыша глянем. Как на это смотришь?

Она чуть успокаивается, сминает пальчиками ткань рубашки и неуверенно произносит:

– Хочу, – кивает и носом в мою щёку утыкается.

Ох уж эти женщины…

– Ну, вот и всё, – целую её в висок. – Завтра поедем смотреть на ребёнка. А сейчас перестань плакать!

И хоть эта истеричка и продолжает заливаться слезами, но хотя бы делает это недолго. И мы дальше проводим наш выходной вместе.

Глава 27

– Это был какой-то лохотрон, – недовольно бурчит Эмир. – Я там ни болтика, ни пирожка, ничего не увидел. Только какое-то непонятное пятно.

Я бью его по плечу за то, что он оскорбляет нашего малыша. Охамел! Конечно, он там ничего не увидел – рано же ещё!

Эмир морщится, потирает ушибленное плечо и восклицает:

– Ну, ты чего?! Это же просто шутка!

Ага, шутка. Очень смешная.

Я ему за такую шутку дала бы по бубенцам. Ребёнок уже будет – они ему без надобности.

Но Эмир быстро сглаживает ситуацию. Большая и горячая ладонь, которую я чувствую даже через ткань пальто, опускается на талию.

И я добрею.

Ладно, чёрт с тобой, Тагирович.

Мы вместе спускаемся по лестнице.

И всё же, каким бы дураком он ни был, я его очень люблю. Правда, несколько минут назад я была готова его убить. Как же мне было стыдно перед врачом, когда он с каким-то странным интересом искал болтик у нашего ребёнка.

– Ну что, куда дальше? – спрашивает мой любимый.