И буду век ему верна?

– Вы решили, что он охотник за приданым? – невинно поинтересовалась я.

– Если не хуже, – буркнул он. – Хотя его фирма процветает, я проверял.

– Тогда чего бояться?

– Моя дочь – единственная наследница, – нахмурился он.

– Ясное дело. И что? – Ответ на этот вопрос я знала, точнее, о нем догадывалась.

– Предположим, я вдруг скончаюсь. Все отойдет моей дочери. И в случае, если…

– Пусть они составят брачный договор, чего проще?

– Моя дочь – влюбленная дура. И, как все влюбленные дуры, голоса разума не услышит. Это первое.

– Ага. И его процветающая фирма отойдет вашей дочери. Да уж, тут брачный договор ни к чему. – Максим Юрьевич насупился и стал сверлить меня взглядом. – Может, наплюете на фотографию и старые сплетни? – предложила я. – Вдруг они любят друг друга, будут жить счастливо и умрут в один день? А все их деньги достанутся вашим внукам.

– Мне бы хотелось убедиться в чистоте его намерений.

– Убеждайтесь, я не против.

– Рассчитывал, что наш разговор что-то прояснит.

– И как?

– Никак, – отрезал он. – Ваше поведение ни на что не похоже.

– А вы думали, я вам душу открою?

– Вы утверждаете, что с Малаховым вас ничего не связывает? – вдруг воодушевился он.

– Что нас может связывать? Я здесь, он, как выяснилось, в Питере. Жениться собрался. Я бы тоже замуж выйти не против, да никто не берет. Странно, я ведь красавица.

Он посмотрел на меня, словно желая проверить последнее утверждение. Я широко улыбнулась.

– Вот что, – тут его вроде бы озарило. – Стас предпочитает помалкивать о том, что жил в этом городе. Так почему бы вам не встретиться? Вроде бы случайно? Интересно, как он себя поведет? Если вы сказали мне правду и вас ничто не связывает, не вижу повода с вашей стороны отказываться.

– Вы желаете при этом присутствовать?

– Само собой.

– И как вы это провернете?

– Сегодня мы вместе ужинаем, – воодушевившись еще больше, заявил он.

– Практически гениальная. Вы выдаете меня за свою подружку, и мы вместе наблюдаем за тем, как на это отреагирует Стас. А если он никак не отреагирует?"

"– По крайней мере, это его насторожит.