И будет вам счастье

Нам просто повезло, что Ольга Тимофеевна оказалась любопытной и болтливой старушкой, которой скучно сидеть одной в квартире. Вряд ли бы она стала так откровенничать со следователем.

Легка на помине, на кухне появилась сиделка:

– Дорогие мои, Вика проснулась, я сейчас займусь обтиранием, уж очень она вспотела…

Я догадалась, что нас мягко выпроваживают. Мы с Сильвией двинулись к выходу. Около двери я обратилась к Ольге Тимофеевне.

– Извините за нескромный вопрос… – замялась я, – но ваш жених, он, случайно, не болен? А то, знаете, может, какой-нибудь паралитик хочет выписать из России бесплатную сиделку? Простите за бестактность…

– Вы не первая задаете этот вопрос, – улыбнулась пенсионерка, доставая мобильный телефон из кармана олимпийки.

Я уставилась на экран телефона. Пожилой, но крепкий мужчина улыбается во все тридцать два фарфоровых зуба. За его спиной плещется океан, правой рукой он опирается на доску для серфинга, на плечах отчетливо выступают рельефные мышцы.

– Красавчик! – одобрила я.

– Супермен! – добавила Сильвия.

Ольга Тимофеевна расплылась в улыбке. Она не заметила, что в наших голосах прозвучала неприкрытая зависть.

– Некоторые даже на смертном одре умудряются подцепить нормального мужика, – сказала Сильвия, когда мы вышли из подъезда.

– Угу, – угрюмо отозвалась я. – Нет, я рада за старушку, но…

– …но почему не везет нам? – подхватила подруга.

– Точно! Может, это оттого, что мы толстые?

– Лишний вес тут ни при чем, – авторитетно заявила Сильвия, – причина – в голове.

– Да-да, – радостно подхватила я, – я тоже пришла к такому мнению! Но вот вопрос: как стать королевой внутри? Ходила я на тренинги, книжки умные читала, на какое-то время действительно удавалось поднять самооценку.

– Если найдешь ответ, получишь Нобелевскую премию, – засмеялась Сильвия.

У меня зазвонил телефон. Это был Руслан Супроткин.

– Я поговорил с майором Головановым и узнал кое-какие подробности, – сразу взял быка за рога капитан. – Экспертиза установила время смерти Лисовика – между 13–00 и 13–40. Он умер оттого, что ему сделали укол…

– Я с самого начала это говорила! – перебила я.