Единственные

Захлопнули за собой дверь, и никто никогда не смел заявляться к ней без приглашения. Чтобы все оставили её и сынишку в покое! Чтобы она смогла убрать на кухне, пойти в спальню, лечь на кровать, прижать к себе Богданчика, вдохнув его нереально вкусный запах и, закрыв глаза, ни о чем не думать.

- Руся, - Артем покачал головой.

Богдан, словно почувствовав, что ситуация накаляется и приобретает опасный поворот, заворчал у Захара на руках. Краем сознания Лана слышала, что мужчина что-то говорит ему.

Сглотнув, Лана прошептала:

- Ну, и дурак.

Потом развернулась и немного резковато добавила:

- Знаете что, гости дорогие, пейте чай… Пока он не остыл. А я - кормить Богданчика. Иди ко мне, мой хороший. Иди к мамочке.

Лишь в спальне Лана перевела дыхание.

Она знала, что вечер добром не кончится. Он по определению не мог завершится благополучно. Количество носителей тестостерона в её квартире зашкаливало.

Она не должна была уходить.

Но ушла. Больше не выдержала.

Ещё и этот обвиняющий взгляд Темы. Он с ума сошел… Неужели не понимал, что творит-думает-делает? Горло надсадно запершило.

Не хватало для полноты картины еще и ей расплакаться.

Она прикрыла за собой дверь, села на кресло. Богданчик сразу же заулыбался, заулюлюкал радостно, защебетал, понимая, что его сейчас будут кормить. Сам залез к матери на колени и с самым довольным видом самостоятельно начал отодвигать края майки и бюстгальтера, желая поскорее добраться до желанного лакомства.

Лана же постаралась отрешиться от того, что творилось на её кухне.

Тёма… Он в чем-то прав, как не больно признавать. Что подумает обычный обыватель, когда увидит Волгарского и Богдана? Тут, как говорится, сходство на лицо. И дальше сразу идут мрачные, пакостные мысли. Многие подумают, что она изменяла Илье… С одной стороны, ей не было никакого дела до мнения других людей. И одновременно она не могла допустить, чтобы про Илью, про их семью думали плохо.

Стоп, Лана. Притормози. Если сейчас будешь пытаться решить все проблемы сразу, ничего толкового не получится.

Богдан, обычно к этому времени уже медленно моргающий, сегодня, как назло, разыгрался. Сосал грудь и теребил майку, пытаясь дотянуться до выбившегося локона матери.

Хлопнула входная дверь.

Так, кого-то унесло.

Желательно всех.

Сидеть в комнате вечно она не могла. Да и Богданчик, насытившись, сам потопал к двери, пытаясь пальчиками пробраться под проем между дверью и полами. Он таким образом уже несколько раз открывал дверь.