Единственные

- Когда нервничаю, много ем. Классика жанра, что тут поделаешь. Спасибо хорошему метаболизму. И да, иногда начинаю много говорить.

- По мне, ты говоришь мало, - Захар остановился на борще, мраморной говядине и фирменном салате ресторана. Он с утра не завтракал – кусок в горло не лез. Вера Анатольевна кормила Алексея, а он всё смотрел и смотрел на сына…

- Сама не знаю, почему, - Лана пожала плечами и откинулась на кожаное сиденье небольшого дивана.

Она привирала. Она отлично знала, почему с ним не откровенничает, говорит только по существу, но не желала признавать.

Интересно, стала бы она намного больше болтать, если бы узнала, что он как раз и ценил в женщинах умение правильно расставлять акценты и говорить в нужное время нужные слова, а не болтать без умолку лишь бы только что-нибудь говорить? Захар готов был биться об заклад – стала бы.

Руслане всего двадцать два года. Девочка. Реально ведь девочка. Чистая. С изумительно красивыми глазами. Смотрящая на жизнь неиспорченным взглядом.

И он – взрослый, матерый мужик, прошедший суровую школу жизни, несмотря на то, что родился и вырос в обеспеченной семье.

Их объединяют только дети. Ничего больше.

И его нездоровое зависание на ней.

Он снова и снова вспоминал, как усадил её на кухонный стол. Как оказался между её разведенных ног. Как чувствовал на себе её изумленное дыхание и как реагировал – совершенно по-взрослому.

Как голодный мужик, у которого секса не было с год минимум.

Зверел от её необычности. От её естественности. От такой поразительной, ненаигранной женственности."

"Бесился от холодности. Отчужденности. Что смотрит на него, если не как на врага, то на человека, с которым  лишь вынуждена общаться. А ей это претит.

Она ведет себя с ним неестественно. Возможно, там, у его кабинета, несколько дней назад, она и была собой, когда пришла к нему с разговором. Он отреагировал слишком бурно, и вот результат.

И всё же Руслана была не девочкой. Мамой. Молодой женщиной. Вдовой.

Она уже должна снять траур.

Прошло больше года.

По тем данным, что имел Захар, снимать она его и не планировала, по крайней мере, в обозримом будущем.

Для встречи с ним она выбрала синее платье из плотной ткани с запахом на груди.