Громкий развод

— Привет, — я медленно поворачиваю голову, встречаясь с его глазами.

Столько невысказанных слов между нами. Столько обид. Столько боли. И все же сейчас я оказываюсь рада тому, что он оказывается рядом. И вспоминается сейчас не плохое, а то хорошее, что было между нами.

— Меня зовут Богдан, — после небольшой заминки произносит он тихо. — Мне почти тридцать. Работаю. Из вредных привычек только алкоголь, но нечасто. Ты мне очень понравилась. Познакомимся?

Опешив, я не сразу понимаю суть его слов. А потом… Это начало.

— Я Аделина, не пью, не курю, временно безработная, — отвечаю я, подхватывая его игру.

— У меня наоборот работы столько, что ее хватит всем в этом зале, — его обезоруживающая улыбка обрушивается на меня.

— Какие же мы разные, — я пожимаю плечами, мягко улыбаясь в ответ.

— Говорят, противоположности притягиваются, — замечает он тихо.

Богдан смотрит так, будто заново изучает мое лицо. Некоторое время мы сидим молча. Я ощущаю на себе заинтересованные взгляды коллег, но не обращаю на них никакого внимания. Мне действительно плевать, кто и что подумает обо мне или о нас. В конце концов, это моя жизнь, а значит и правила мои.

— Как ты здесь оказался? Выкупил канал? — я первой нарушаю молчание.

— Я здесь из-за тебя, — просто отвечает Богдан.

Короткая фраза, несущая в себе так много смысла, заставляет меня испытать весь спектр эмоций.

— Карина сказала, что тебя пригласил Егор, — перевожу взгляд на Москвину, которая уже сидит за соседним столиком и, кажется, не дышит, а следит за нашей реакцией друг на друга.

— Я был настойчив, так что у него не было выбора, — усмехается он, ничуть не смущаясь.

Мы снова молчим. Изучаем друг друга. Так многое можно сказать, а слова не идут.

— Богдан, зачем ты выплатил сумму по моей неустойке? — наконец, выдаю я.

— Это малая часть того, что я мог сделать для тебя, — говорит откровенно, не пытаясь отнекиваться.

— Снова секреты?

— Из-за меня ты ушла с работы. Это был не твой долг, — он склоняет голову и осторожно, будто боится, что я испугаюсь, касается кончиками пальцев моего локтя. — В конце концов, никакие деньги не смогут искупить моей вины перед тобою. Но я бы очень этого хотел, Лина. Как одного шанса. Шанса на прощение.