Гром Раскатного. Том 3

Он еще раз пожал руку двум аристократам, с кем заключил сделку десять минут назад, и пошел в сторону банкетного зала.

«Идиоты… какая разница, почему он сбежал? Важно, кто быстрее его заберёт себе и его земли тоже. Но вы пока трепитесь, я всегда проверну всё в свою пользу. Хех.»

Когда Пуришкевич вышел в банкетный зал, то стал свидетелем забавной картины. Столы начала отодвигать прислуга, дворяне и их приближенные образовали что-то вроде круга, а музыка, которую играли инструментальщики из Алтая, стала более зловещей.

— Эй, прислуга, — Пуришкевич указал пальцем на прислугу. — Что там?

— Простите, господин Пуришкевич, — тут же поклонился официант. — Вас не предупредили? Ой, горе нам!

— Да не буду я вас наказывать, — отмахнулся Эльдар. — Ты мне лучше скажи, что там происходит?

— Дуэль.

На этом слове прислугу отпустили.

— В целом, — Эльдар двинулся к толпе. — Всё по канонам. Какой бал без дуэли? Только что-то рановато… ну да ладно, это прибавит моему вечеру изюминку и престижа, когда о драке узнает местная пресса.

Люди словно спинами чествовали владельца этого места. Сами собой расступались, пропуская Эльдара Зариковича. И когда Эльдар спросил, кто там собирается драться, ответ его «убил».

— Так, Шариков Вова, и молодой Раскатный. Как там его… Георгий!

— Раскатный, значит, — тут же обозлился Пуришкевич.

«Сука, Коля, млять!»

Сына он нашел сразу, со скрипом на душе отвел подальше от чужих глаз и чужих ушей, схватил его за воротник и прошипел:

— Какого черта тут происходит, а⁈ Ты что тут устроил⁈

— Пап, я… — захрипел Коля, хватаясь отца за руки.

— Тебе надо было защищать щенка Раскатных, а не в мордобой его окунать. Ты что, унаследовал дегенеративное расстройство, да? Тебе нужно в задницу трубку засунуть, чтобы это проверить⁈

Судя по глазам сынули, он явно ничего в задницу не хотел. И все же, Эльдар отпустил сына. Тот хоть и не сразу, но отдышался. И, держа себя за воротник, прошептал:

— Это не моя вина…

— Громче!

— Отец, — Николай застегнул пуговицу воротника, выпрямил спину и заявил.

— А кого ты сукой называешь? — прищурился Эльдар. — Та, кто с Раскатным пришла? Да?

— Ну да, — хмыкнул Николай. — Эта лейтенант Верескина. Шмара военная.

Звонкая оплеуха мигом отрезвила паренька. Он с обиженными глазами, наполненными болью, посмотрел на папу и понурил голову в плечи.