Граф Суворов. Том 9

— Так что совершенно не понимаю, зачем мне соглашаться на то чтобы отозвать иск, за какую то жалкую десятую часть от наследия Меньшиковых. Да еще и идущую к супруге, которая постоянно плетет интриги.

— Затем что это вариант мирного урегулирования. — ответил Петр. — Даже если, подчеркну ЕСЛИ, Людмилу Суворову, у которой уже взрослый сын, признают наследницей, Ольга от этого окажется совершенно свободна. А о доказательствах родства Ангелины с Дмитрием, кроме ее анализа ДНК, мы пока только слышали. Может их вообще нет. А если и есть, может они не доживут до суда.

— Как хорошо, что они есть и деваться никуда не собираются. — усмехнулся я. — Во время покушения на меня, которое пока расследуется, кто-то постарался хорошенько замести следы и взорвал библиотеку и все крыло с кабинетами в родовом особняке Меньшиковых. Кто же знал, что вся информация копируется и хранится не только, да и не столько там, сколько в подвалах. И как здорово что они полностью уцелели. Включая записи с камер видеонаблюдения.

— Это угроза? — спросил Петр, недовольно глянув на побледневшую Ольгу.

— Это одно из доказательств которое мы предоставим в суде. — ответил я. — Думаю не надо говорить, что именно мы обнаружили на тех записях? Особенно в ночь бала дебютанток? Не думаю, что об этом пора знать широкой общественности, а во дворце, как известно, уши есть не только у стен, но и у светильников.

— Вот теперь это точно угроза. — хмыкнул Петр. — Как вы верно заметили, в наше время можно вернуть девушке девственность, но также можно подделать любые видео доказательства.

— Ну что поделать. Если уж совсем ничего не выйдет, придется мне довольствоваться тем, что Людмила и Ангелина получат две трети наследства. — вздохнув ответил я. — Ну и конечно девственная вдова Ольга Суворова. Тяжбы, конечно, продлятся десять лет, не меньше, но ничего не поделать. Главное, чтобы к финалу суда не выяснилось, что доказательств свой чистоты у Ольги не осталось.

— Десять лет без детей? — ошарашенно проговорила Ольга, до которой кажется начало доходить что именно я задумал.

— Конечно. В противном случае выйдет, что на момент смерти Бронислава Мирославовича Суворова брак был подтвержден. — усмехнулся я. — Две трети уйдут Суворовым, а треть — Ангелине и соответственно мне.

— Мы можем провести освидетельствование сейчас. — отмахнулся Петр.