Граф Суворов. Том 2

Так что, добавив уже знакомый мне щит и пресс, дальше списывал у соседей. При чем где-то был пропуск, типа волновой-силовой, а кое где я даже выбирал, что записать.

Формы выхода резонанса были самые различные, от банальных щитов и рапир, до молний, огненных шаров и прочего, что я мог смело отнести к магии, а здесь оно проходило по статьям — волновые стихийные или объемные стихийные. При этом, как я понял разница в силе была колоссальной.

— Госпожа преподаватель, разрешите вопрос? — поднял я руку, не сдержавшись, и дождавшись кивка, поднялся.

— Мы будем разбирать это позже, но раз уж у нас есть повод. — улыбнулась Мария, чуть отойдя от доски. — Наименование объемные это не столько про форму, сколько про содержание. Ту же плоскость можно исказить или сгруппировать. Однако она от этого не перестанет быть плоскостью. К сожалению, мне лично пока недоступны резонансные конструкты объемной природы, однако я готовлюсь к переаттестации в следующем году и могу многое о них рассказать.

Мария оборвала сама себя на полуслове, понимая, что слишком отошла от темы лекции.

— Что же по сути вопроса — разница между ними как между огнем зажигалки и плазменным взрывом в ограниченном пространстве. — улыбнувшись произнесла Мария. — При этом разница в затрачиваемых силах не принципиальна, а эффект совершенно очевиден. Но не нужно думать, что только смена формы может увеличить ли изменить вашу мощь.

Записывать, срочно. Запоминать весь тот объем информации, о котором говорила Бакинова с нуля было совершенно невозможно. Только записывать, проговаривать в уме и перечитывать чтобы на экзамене не оказаться в числе отстающих. А ведь ближайший экзамен нам обещали уже в конце недели. Экзамен и новый отсев худших.

Глава 2

— От кисти, от локтя, от плеча. Еще раз. — если бы еще неделю назад меня спросили какое у меня самое нелюбимое занятие, я пожалуй затруднился бы ответить, да не было таких.

— Еще раз! — с плохо скрываемым презрением проговорил Дали. — Вы не дрова рубите, мягче, плавно КИСТЬ!"

"Одновременно с этим выкриком он огрел меня по руке длинной розгой, да так что кровь проступила.