Граф и его графиня

Мне оставалось подождать твоего визита в столицу - и тогда посмотреть, кто и чего желает. Ты преподнесла мне Йерби на блюдечке.

- Что с ними, кстати?

- Умерли.

Лилю передернуло.

- Не от моей руки. И я не отдавал приказа. Я хотел побеседовать с ними. Но отца удавили в камере, а сын отравился. Ты не знала?

И знать не хотела.

- Тогда я понял, что против меня играет кто-то высокопоставленный. Кто же? Йерби назвал Фалиона. Но... старший был в отъезде. Младший же принялся вертеться вокруг тебя.

- И?

- Ты умница.

Но ты совершенно не умеешь хранить тайну. Если ты доверяешь - ты даже не задумываешься. Поэтому я держал подозрения при себе. Наблюдал, делал выводы. Фалион богат. И даже очень. Знатен, приближен к королю - зачем бы ему эти игры? Когда вскрылся, благодаря тебе, заговор Амалии, я второй раз подцепил Фалионов. Александр щедрой рукой давал деньги своим прихлебателям. И Рейнольдсу, и еще нескольким - а те не жили богато, не играли, не снимали дорогих шлюх - куда шли финансы?

- На заговор?

- Наемники, оружие, они готовились ударить.

У меня не было другого выхода. Я понимал, что они нанесут удар, и готовился.

- и сам его спровоцировал.

- Нет.

- Неужели?

Доверия в голосе графини не было ни на грош. Ганц понял это, но не оскорбился. Не до того сейчас.

- Лилиан, ты относилась к Фалиону, как к другу. Даже больше, я ведь видел, что вы увлечены... он тебе признавался в любви?

Лиля кивнула. Не совсем так, но ведь было. Женщина всегда знает, если мужчина к ней неравнодушен.

- как ты думаешь - он оставил бы тебя без присмотра?

- кто?!

Лиля поняла все сразу. Ганц пожал плечами.

- один из слуг Алисии.

- Кто?

- Неважно. Он уже умер.

- Ты?

- Нет, - порадовался Ганц этому переходу. - Не я. Фалион при последней встрече. Когда услышал про твою беременность, ударил - и слуга неудачно упал.

- горлом на кинжал?

- виском на камин.

- Понятно...

- Часть информации Фалиону шла от меня. Именно я передал ему о твоей беременности. И о том, что ты согласилась выйти замуж по выбору короля.

- И это его...

- Оскорбленное самолюбие - страшная вещь. Он тебе симпатизировал, возможно, даже любил, искренне считал себя подарком для любой женщины - и ты так легко отказываешься от его чувств. Даже побороться не попыталась.

- За место любовницы?

- За это место тоже боролись.

Лиля фыркнула.

- я поняла. А теперь подробнее.

- Один из моих коллег вышел на заговорщиков. И представился им сочувствующим.