Господин из завтра. Тетралогия

«Тангейзер» не слишком любим матушкой, но, однако ж, она не стала противиться, полагая, что мрачная и торжественная музыка соответствует моменту и общему настроению, а мораль оперы, возможно, наставит сестренку «на путь истиный». Ее согласие простерлось настолько, что она даже сама пригласила Моретту, избавив тем самым моего верного Штефана от необходимости вновь прорываться с боями в ее апартаменты.

Вечером Дона и Моретта отправились в театр. Я не поехал с ними. Не только из-за того, что вместе со мной в театр отправилась бы целая толпа маменькиных шпионов и соглядатаев.

Но и потому, что был рад провести вечер с моими любезными Вильгельмом и Фридрихом. С ними я до ночи играл в лошадки и солдатиков, изображая взятие Седана.

Рассказывает принцесса

Виктория фон Гогенцоллерн (Моретта)"

"Когда maman предложила ей поехать в оперу, она не поверила своим ушам. Ей не только разрешат выехать из дворца, но и даже повидаться с милой Доной, супругой Вилли. И пусть вместе с ней поедут эти противные леди Челси и мисс Дьюл! Пусть она будет слушать совсем неправильного Вагнера (в глубине души она была согласна с Тангейзером).

Зато как приятно снова оказаться там, где она была вместе со своим Ники, там, где они шептали друг другу божественные признания под божественную музыку…

В ложе она сидела слева. Конечно, ей очень хотелось сесть рядом с Доной, но мерзкая леди Челси нагло влезла между ними. И вот теперь, вместо того чтобы держать за руку свою невестку, она вынуждена нервно теребить свой жалобно похрустывающий веер, лишь бы чем-то занять руки…

— Моретта, здесь сегодня так жарко, — громко прошептала Дона, повернувшись к ней и ласково глядя ей прямо в глаза.

 — Я позабыла веер в карете, ты не будешь столь любезна, не одолжишь мне на минутку свой?

Она передала веер. Показалось или нет? Дона чуть заметно кивнула головой и немножечко скосила глаза, словно указывая… Куда? На дверь?

— Что с вами, ваше высочество? Вы совсем не смотрите на сцену. — Леди Челси (будь она проклята!) вперила свои светлые глаза в нее, словно воткнула раскаленные иголки.

Внезапно она подумала, что давешний kazak был прав, называя ее разными нехорошими словами!

Послушно повернувшись, Моретта уставилась на сцену. Но действие не занимало ее. Отец болен, и если… Она гнала от себя эти мысли, но они снова и снова возвращались к ней. Ведь после отца на престол взойдет Вилли, а он не собирается противиться ее счастью. Боже мой, мама, что же ты наделала?..