Горсть патронов и немного везения

Правда, щит с наименованием объекта Решетников проглядел. Влево от аллеи ответвлялась грунтовка. Машина адвоката притормозила и остановилась. Навстречу, ослепляя мощными галогенами, мчались два автомобиля. Решетников съехал на травянистую обочину, успел засечь правительственные номера на головном «мерсе», фээсбэшные — на машине сопровождения, а когда кавалькада бесшумно, точно «Летучий голландец», утонула в черной лесной чаще, «Форда» уже не было видно.

Решетников поднажал, но вскоре был вынужден остановиться: прибрежную территорию в несколько гектаров, до самой воды, отсекала высокая изгородь из металлической сетки на высоких бетонных опорах.

На одну из секций падал свет из окна кирпичной сторожевой будки, от нее вправо в заборе был проделан двухметровый проем, перекрытый шлагбаумом."

"Он притормозил, не доехав до КПП тридцати метров: от канала к выезду мчался еще автомобиль, и Решетников поспешил убраться в лес — в удобный «карман», образованный двумя соснами, за которыми росли старые разлапистые ели.

Отсюда марки автомобиля и номеров он не различил, он промелькнул со скоростью кометы, и наступила мертвая тишина, только где-то высоко в верхушках деревьев шумел ветер.

Никогда прежде Решетников здесь не бывал, но и теперь не жалел об этом, как не жалеет среднестатистический бомж «из бывших» о том, что не посетил Дом Кауфмана в Пенсильвании или Вартбургский замок в Эйзенахе — просто потому, что не подозревает об их существовании.

Тишина успокаивала тем, что ее не нарушал собачий лай. Ограждение могло быть оснащено датчиками, да и территория наверняка находилась под контролем охранников, но он не собирался перелезать через забор, а решил обойти его по периметру и разобраться, что за объект такой притаился на берегу водохранилища за самой Кольцевой дорогой. Заперев машину, вышел на лесную окраину и побрел вдоль сетки на запад.

Три одинаковых здания в виде теремов под черепичными крышами стояли вдоль берега.

Из светящихся окон звучала музыка. В каждом тереме было по два этажа, окна выходили на все четыре стороны; некоторые из них хорошо просматривались, но было слишком далеко, чтобы Решетников мог разглядеть кого-либо из обитателей. В дальнем углу освещенного двора поблескивали машины; от многогранной клумбы с поздними цветами к корпусам тянулись лучи дорожек.

Дождь на время прекратился.