Горсть патронов и немного везения

Черная же фетровая шляпа с широкими полями и вовсе должна была сделать его похожим на киногероя, шагнувшего с американского экрана в русский народ: что-то среднее между суперменом и разночинцем.

Мылся Викентий долго. По моим расценкам — долларов на шестьдесят. Но я его понимал и не торопил — успел приготовить в духовке ножки Буша с луком и картошкой, накормить пса и полить кактус.

— Дожил, — грустно сказал Викентий, оценив себя в зеркале.

Все было ему слегка длинновато, но по ширине — в самый раз.

— Только не нужно комплексовать, — достал я из сейфа розовые папки от Александрова с документами и фотокарточками по делу Ямковецкого.

 — На разговоры «за жизнь» у нас не осталось времени, Викентий. Поэтому совместим приятное с полезным — за ужином я тебе все объясню.

Предложения выпить по рюмке виски он не принял, коротко мотнул головой: «Не пью и не тянет!» Я тоже не стал. В двух словах изложил ему суть — начиная с визита Илоны и опуская мелкие подробности, не относящиеся к делу, как-то: разгром китайского концлагеря и поездки по Птичьим рынкам.

Викентий ел смачно и неторопливо, не поднимая на меня глаз, но я видел, что в голове его происходит напряженная аналитическая работа.

— Посмотри-ка, — положил я перед ним сводку ГУВД от 86-го года, в которой упоминалась его фамилия.

Он дожевал, вытер салфеткой руки, двумя пальцами взял у меня бумагу и прочитал чуть заметно шевеля губами и кивая.

— Помнишь такого? — спросил я с надеждой, когда он вернул мне документ и как ни в чем не бывало принялся за следующую ногу американского петуха.

— Смутно, — ответил он. — Но случай, конечно, помню. Я тогда впервые «ПМ» на поражение применял, как забыть. Четверо моих подопечных с участка по этому делу пошли, следователь несколько раз вызывал.

Я рассказал о Матюшине и подброшенном в яму Квинтова гаража жмурике (хотя никакой уверенности в том, что это имеет отношение к делу, у меня не было), о Рыжем, гонке за «капелькой», старухе диспетчерше, налете на контору Вали Александрова и обо всем, что мне стало известно от Новожилова.

Оказалось, одно время Решетников снимал дешевую квартиру (ночлежку, он сказал) через риэлтерскую контору «Земля» в ЮЗАО. Когда же я дошел до оценки деятельности Майвина «Альтернативой», он презрительно хмыкнул и покачал головой: «Ну дают!»

Потом я сварил крепчайший «Паризьен» и набрал номер диспетчерши, но мне снова не ответили. Решетников сосредоточенно молчал, прихлебывая кофе; бисквит на блюдечке он брезгливо отодвинул подальше.