Будешь моей, детка

Но я даже не успеваю додумать эту мысль до конца, потому что открывается дверь машины Ника и там сидит… детка. Моя детка!

Она испуганно хлопает глазами, увидев меня, и пытается улыбнуться:

— Тимур… а что ты здесь…

Внутри мгновенно вскипает чистая бешеная ярость. Во рту вкус крови, и кулаки сами собой сжимаются. Дикой первобытной ревностью, словно скачком напряжения, мне выжигает мозги, вышибает пробки, и я рычу, словно зверь. А затем бросаюсь к улыбающемуся Нику, который как раз вылезает из тачки.

— Соболь, здорово! А мы…

Договорить он не успевает, потому что от меня ему прилетает в челюсть удар такой силы, что Ника отбрасывает к тачке и он бьется головой об машину.

— Тимур! — кричит Оля. — Ты с ума сошел?

— А ну отошел от него, долбоеб, — вдруг вопит пронзительный голос, дверь со стороны заднего сиденья распахивается и оттуда выскакивает мелкая рыжая. Олина подружка.

Теперь уже я в охуении смотрю на нее и даже не сопротивляюсь, когда мелкий кулачок врезается мне под ребра. Тем более что потом она все равно бросается к Нику, который очумело трясет башкой и смотрит на меня непонимающим взглядом.

— Ник! Ты как? Больно? Голова кружится? — суетится она и прикладывает свою ладошку к его опухшей скуле так, как будто имеет право так делать.

А Оля смотрит на меня так, будто я во всех смертных грехах виноват.

Что тут, блядь, происходит?! Я нихера не понимаю.

Глава 21. А поговорить?

Тимур

— Чтобы я еще раз стал тебе помогать, — бормочет Ник, убирая от себя руки рыжей девчонки. — Да, отстань, Алис, все со мной нормально.

— Не пойду!

— Алиса! — он повышает на нее голос и тут же морщится, потирая затылок. — Твою ж мать…

— Как ты за руль сейчас сядешь? — грубовато говорю я, чувствуя себя виноватым. — Вдруг у тебя сотрясение?

— А это тебя, скотина, спросить надо. Какого хрена ты мне двинул, а?

— Сорян, так вышло,  — бурчу я неловко. — Детка, иди домой. Я отвезу Ника и вернусь.

— Домой? — приподнимает Ник бровь. — Ну ничего себе.

— Молчи, а, — раздраженно говорю я.

Оля, игнорируя меня, обнимается с рыжей Алисой, сдержанно благодарит Ника за то, что он ее подвез, и гордо удаляется в сторону подъезда, так и не сказав мне больше ни слова. Чисто английская королева!

— Поехали, — вздыхаю я, усаживаясь на место водителя.

— А обратно ты как?

— На такси, как еще.

— А чего это Соболь будет вести? — возмущенно вопит рыжая, когда Ник присоединяется к ней на заднем сиденье. — Почему не я?

— Потому что ты мои машины больше не берешь.