Горячая линия

— Сядь…

— Да что случилось-то?

— Помнишь эту свою… Жертву домашнего насилия?

— Аллочку, что ли? — у Вари непривычно заныло за грудиной, будто сердце наперед знало то, что ей самой еще только предстояло узнать.

— Аллочку-Аллочку… Ты только это, Варь, без глупостей. Не забывай о принципе отстраненности. Хорошо?

— Вы меня пугаете, Кир Саныч! — просипела, пряча вмиг озябшие руки в рукавах тоненького свитерка.

— В общем, сегодня ночью обнаружили ее труп. — Кир Саныч зыркнул на Варю из-под упавшей на глаза челки.

— Труп… — тупо повторила та, еще не до конца уложив в голове информацию, которую услышала. — Значит, ее муж все же воплотил свои угрозы в жизнь?

— Похоже на то. Но это еще доказать нужно.

— И вы меня вызвали потому, что я могу как-то в этом помочь?

У Вари дрожал голос, и ей приходилось делать паузы между словами, чтобы это не так сильно бросалось в глаза.

— Нет. Просто менты начали пробивать, кому она звонила перед смертью. Вышли на нас. Я уже объяснил, по какому поводу она звонила, но для ясности картины следователь хочет поговорить с тобой.

Ты как вообще? Сможешь?

— Да. Да, конечно…

Она же профессионал! Может быть, даже лучший профессионал, чем Варя о себе думала. Потому что она выдержала разговор. И довольно четко ответила на все вопросы. А вот накрыло ее в конце. Когда все вроде бы осталось позади…

— Варвара?! Ну, надо же. Я уж думал, ты не ответишь. Неужели цветы не понравились?

— Нет… — шмыгнула Варя носом. — Точнее, да. Понравились… Я просто занята была. И если честно, я сейчас не лучший собеседник.

— Что случилось? — тут же сменил тон Захар Иванович. — Ты где сейчас?

— Я домой иду-у-у-у, — зарыдала все же.

— Ты можешь толком объяснить, что произошло?

Ну, она и объяснила. Плача в трубку и то и дело сбиваясь.

— Я буду через полчаса, — пообещал Захар Иванович и отключился.

Глава 8

Захар думал, что проспит весь день. Уж слишком насыщенными были последние недели. Слишком нервными. Времени на сон практически не оставалось, но даже когда удавалось его урвать, нормально выспаться не получалось.

Все портила бессонница. С чего он вообще решил, что она минует его в этот раз? Может, потому что все прошло как нельзя более успешно? Месяцы напряженной работы остались позади. И поводов для тревог вроде бы не осталось. Впрочем, какая разница, если один черт его ожидания не оправдались? Лег пораньше, да, и даже уснул, а посреди ночи проснулся, и хоть ты что хочешь делай — сна ни в одном глазу. Ближе к семи поднялся.