Гори во мне

– Ну, пару бокалов, – быстро поправилась, – Чуть-чуть потанцую, спою пару песен своим паршивым голосом и спать пойду с чувством выполненного долга.

– Давай, я тогда тебя заберу.

– Нет.

– Почему?

Я промолчала. Мы оба знаем почему. Потому что я не хочу, чтобы он меня контролировал. Каждый мой чертов шаг.

– Почему? – Руд повторил уже тише, срываясь на глухое рычание.

Я нервно передернула плечами, вставая.

– Не начинай…

Взяла сумку, валявшуюся на диване.

– Не смей уходить сейчас!

– Не смей так со мной разговаривать, – кинула в ответ, обуваясь.

– Ты моя пара…

– А не собственность! – быстро закончила за него, схватившись за дверную ручку.

Руд немыслимым движением метнулся ко мне, подперев спиной дверь. Глаза его пожелтели, превращаясь в звериные, ноздри дрожали, раздуваясь. Ну опять, пронеслось устало в мозгу.

– Ты моя пара, – захрипел уже не своим голосом. Если бы я не была ведьмой, я бы сейчас испугалась.

– Я запрещаю тебе ходить куда-то с этой шлюхой Ирэн. Слышала меня? Ты будешь моей женой.

Я почувствовала, как и меня ярость начинает накрывать с головой, разукрашивая кожу горящими красными пятнами.

– А почему это Ирэн шлюха, а, Руд? Просто потому что ведьма, да? Так вы, волки, считаете? Ты ведь и про меня думаешь так же. Все эти звонки по триста раз в день. Подкарауливания у дома, слежка…Думаешь, я не знаю, что ты за мной джип синий прикрепил? Думаешь, я слепая? Я.

– Леесси, ну… – Рудольф опешил слегка, но я знала, что это лишь секундный всплеск сожаления. Это был далеко не первый и, к сожалению, не последний наш подобный разговор.

– И не смей следить за мной сегодня, ясно? Месяц потом трубку брать не буду.

Оттолкнула его от двери и вырвалась на лестничную клетку. Даже дышать как-то легче стало. СВОБОДА.

– Лес, я люблю тебя, – Крикнул мой волк вдогонку, скорее напоминая, что у меня перед ним обязательства, чем в попытке выразить чувства.

Я только фыркнула иронично в ответ и выбежала на улицу.

Любит. Он так часто это говорит. Так часто. Но разве это любовь? Вот я тебя люблю. Наверно. Раз терплю все это столько лет."

"А ты, Рудольф…Не меня ты любишь.