Голубые ангелы

— Мама, — тихо произнес он.

— Это ты?.. — Она назвала его тем ласково-уменьшительным именем, которым звала в детстве. — Это ты?

— Да, мама, я. Здравствуй, как ты себя чувствуешь, как папа?

— Все хорошо. У нас все хорошо. Как ты сам? Я так волновалась. Столько дней! Хорошо еще, что писал. А то бы я, наверно, с ума сошла."

"Он улыбнулся. Перед отъездом он написал целую пачку писем и телеграмм. Их и отправляли его родным через каждые два-три дня. Но они об этом не знают. Хорошо, что не знают.

— Когда приедешь? — счастливый голос матери звучал совсем близко.

— Я тоже, мама. Думаю, что дня через два-три. Запиши мой телефон. Если что-нибудь нужно, звони, я здесь.

Он продиктовал свой номер. Она, записав телефон и прибавив еще несколько ласковых слов, передала трубку отцу.

— Здравствуй! — раздался в трубке голос отца.

— Здравствуй, папа.

— Давно приехал?

«Отец все-таки догадывается», — подумал он и ответил:

— Сегодня. Только что.

— Как ты себя чувствуешь? Ты здоров?

— Конечно, здоров.

— Вот здесь мама говорит, что у тебя хриплый голос. Ты не находишь? Может быть, простудился?

— Когда я в последний раз болел, папа, ты помнишь?

— Не помню. Но все равно не особенно резвись. Ты когда собираешься домой? Не хватит гулять? По-моему, уже достаточно.

— По-моему, тоже. Наверное, послезавтра прилечу. Не знаю. Ты же знаешь, что я не люблю самолеты, а поездом долго…

— Как хочешь, — сказал отец.

И он вспомнил, что отец вот уже двадцать пять лет не летает самолетами, предпочитая им поезда.

— Я прилечу, папа. Теперь уже скоро. Мама сильно волновалась? — спросил он озабоченно.

— Как всегда, когда тебя нет. Трудно было? — не удержался от вопроса отец, и он укоризненно покачал головой. Отец-то тоже профессионал. Видимо, отцовские чувства перевесили.

— Не очень. Приеду — расскажу, — соврал он, зная, что ничего не скажет. Отец, конечно, понял. На другом конце раздался его голос:

— Да, я понимаю, билеты всегда трудно доставать. И с гостиницами сейчас нелегко.

Попрощавшись, он положил трубку. Минуты три сидел на стуле, задумчиво глядя на телефон. Начало темнеть, и в номере было довольно мрачно. Он знал, что звонить ему будут только завтра. И родители, и… Словом, только завтра. Сегодняшний вечер в его распоряжении. Он подумал о своих товарищах, знакомых, друзьях. Увы! Пока никому не позвонишь.