Голубая звезда

Легкий бриз из приоткрытой балконной двери нежно ласкал Крис, и Миша не могла удержаться и не ублажить ее. Мишель представляла, каким будет сегодняшний вечер в Венеции. Ближе к одиннадцати вечера Крис приоткроет балконные двери, и с улицы начнут доноситься обрывки фраз проходящих мимо туристов, и звуки музыки с проплывающих по каналу корабликов. Горожане и туристы будут наслаждаться теплой осенней ночью в залитом звездным светом городе на воде.

— Думаю, без меня ты, наконец-то, сможешь как следует выспаться.

— Уже жалуешься? Можно попробовать спать в разных комнатах, — игриво ответила Крис.

— Да я готова веки ко лбу степлером пристегнуть, лишь бы не заснуть, находясь рядом с тобой. Нам не придется ссориться из-за того, кто как привык спать.

Крис рассмеялась, а потом сладко протянула:

— Степлером? Меня заводит, когда ты так говоришь. Кстати, мне безумно нравится та плохая и опасная девчонка в тебе.

— Ну, тогда ложись-ка на спину, растянись на этой огромной кровати, закрой глаза и поласкай себя, представляя, как эта плохая и опасная женщина целует тебя, где захочет.

— Мм-м-м-м, — промурлыкала Крис. — Мне нравится, как это звучит.

Миша знала, что происходило, когда голос Крис становился таким бархатным, как сейчас.

— Ты уже ласкаешь себя?

— Угу.

— О, боже. — От того, что всплывало в ее воображении, Мишель почувствовала приятные волны возбуждения у себя между ног. — Так, ладно, вешаю трубку, пока я не развернулась и не помчалась в аэропорт.

— Вечно обламываешь, — провокационно простонала Крис.

— Вечно дразнишь.

— Люблю тебя.

Эти слова Миша слышала часто за последние полгода с Крис, полные наслаждения. И все же каждый раз эта фраза звучала как-то особенно. Словно они в течение долгих лет не могли сделать этого признания, и теперь торжествовали всякий раз, произнося его.

— Я тоже тебя люблю.

Первые два месяца они провели в Лондоне.