《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

…

Морозов брёл с Малютой, поглядывая сквозь арки на тонкие полосы горького дыма, восходящие с Новгорода.

Скуратов остановился, да тоже поглядел – кому ж не годно глядеть на старания свои.

- Свершилось, - усмехнулся Морозов, осеняя себя крестным знамением.

Малюта последовал тому примеру, да всяко справился:

- Об чём ты?

Морозов кивнул на догорающий город.

- Боле нету врагам нашим никакого крову, - довольно молвил опричник.

- Будто бы врагов под нашим кровом нету, - пожал плечами Малюта.

Морозов чуть свёл брови, да вопросительно кивнул.

- Тебе всё щенок этот покою не даёт? – молвил тот, поглаживая бороду.

Скуратов лишь пожал плечами, да отмахнулся.

Морозов похлопал Малюту по плечу.

- Не тебе одному, Гриш, не тебе одному.

…

Фёдор явился в свои покои, и к неудовольствию юноши не мог остаться наедине со своими тяжкими мыслями – в опочивальне прибирались холопы.

Опричник решил не прогонять их – всяко же, работа должна быть исполнена. Он опустился в кресло, приставленное за стол, и уж было велено нести трапезу барину в покои.

Всё казалось далёким и блеклым. Никакая холопская возня не отвлекала Фёдора от его мыслей.

Юноша нахмурился, воистину озадачившись. Он искусал губы в кровь, перебирая в голове все свои домыслы.

«Старецкие мрази! И бежать не сбежали, а только шуму подняли! Нынче у границ и мышь не проскочит… По делом им, по делом, пущай гниют в сырой земле – пущай уж на той стороне токма увидится Евдокия со своим поганым братцем Курбским – чай, недолго ждать! Эх, ведь, Андрей сам-то сбежал каким-то чудом, надобно было ему тогда сестру свою и прихватить, и дел с концом…»

Мысли юноши были прерваны, быть может, даже слишком резко – Фёдор вздрогнул от резкого стука, с коим холоп опустил поднос на стол.

Молодой опричник малость растерялся, и не успел он собраться с мыслями, как один звук пронзил его резкою, даже пугающим откровением. То было журчание воды – пришлый крестьянин наполнил чашу юноши.

Фёдор подорвался с места и метнулся прочь из своих покоев.

…

Фёдор запыхавшись переступил порог церкви. Он взбежал по колокольне, и холодный воздух драл его горло.

На колокольне он встретил Иоанна. Владыка глядел на город, гибнущий, согласно царской воле. Фёдор сглотнул, переведя дыхание, и отдал поклон государю.

- Вели мне молвить, царе, - произнёс юноша.

Иоанн коротко кивнул, не отводя взгляда от чернеющих развалин, где нет-нет, да догорал красный пожар.