《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Было что-то мертвенно жуткое в этой тишине.

- Я и не собирался бежать, - просто ответил Бельский.

- От оно как… - Фёдор малость опешил.

- Иоанн покончит с земскими, - произнёс Иван, и уста его вновь наполнились улыбкой, а взор устремился куда-то в сторону, - и знаешь, за кого тогда примется добрый владыка? Иоанн Васильевич нраву скверного - тебе ль не знать? Ослеплённый, в гневе и ревности, он зальёт всю землю кровью. Долго бы земские то терпели бы, и сносили бы и побои, и унижения, да полно - грядёт такая резня, что воспрянет духом люд частной! То-то не будет никому спасенья от гневу царского, помяни моё слово - головы опричников будут гнить в одной куче с головами земских.

Князь перевёл взгляд на Басманова, и юноше впервые стало не по себе. Но всяко, самообладание не покинуло Фёдора.

- Али ты думаешь, что с тобою-то, да и с братией, ничего дурного не сделается? – вопрошал Бельский.

- Поживём – увидим, - просто ответил Фёдор, поведя плечом.

- Тебя же мало чем устрашить можно, да вот сего ты и впрямь боишься, - молвил Бельский, - Не смерти – чего ж тут? Со всеми когда-то будет.

- От слушаю тебя, - сокрушённо вздохнул Фёдор, мотая головой, - и даже жаль, княже. С таким упоением глаголешь – аж душу рвёт. Право, жаль, что тебя уже не будет на этом свете. И ты на кубок не косись - тебя мы не травить собрались.

…

Занимался бледный закат.

Земля то тут, то там чернела первыми проталинами.

На ходу с седла скинули Бельского. Его лицо тотчас же порезалось о колючий снег. Он вскрикнул от боли, стиснув зубы.

Через несколько мгновений, двое всадник – Басмановы, отец и сын, - спешились, и приблизились к князю.

- Дадите помолиться? – хрипло спросил Бельский, поднимаясь на колени.

- А как же, - усмехнулся Басман-отец, - Что ж мы, нехристи какие?

С этими словами Алексей грубо схватил Бельского за шиворот, проволок пару шагов, швырнул в наземь, в яму, вырытую накануне.

Иван уже не слышал, как вбиваются клинья. Когда он совладал с той оглушительной болью, сверху рухнули камни. Доски отозвались слабым треском.

Несколько мгновений ещё было слышно, как тяжёлые комья сырой земли падают вновь и вновь, глухо биясь о камни, но опосля – и то стихло.