《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Юноша не ослаблял своей хватки, и по сему, царь взял руки Басманова, заставляя насилу отступить монашеское одеяние.

- Клянусь, - коротко молвил Иоанн, припадая горчим поцелуем к белой длани.

…

Река текла мерным своим потоком. Малюта, стоя на безлюдной мостовой, поглядывал в воду.

В этот тихий ранний час Москва безмолвствовала, и будто бы боялась ещё выходить из дому. Двери да окна были затворены.

На улицах коли и повстречать кого - так тех, кто с нощи не ложились.

""И всё же, не сходится..."" думал про себя Малюта, бредя вдоль реки одинокой и угрюмой мрачной тенью.

"Покуда утро медленно и лениво занималось, Скуратов припоминал, как накануне по-свойски вёл беседу с девкой-доносчицей. С одного взгляду ясно стало Григорию - ты токма посильнее надави, так уж всю подноготную выдаст.

""И всяко, от же дрянная потаскуха, до последнего стояла на своём, что, мол, видела колдуней вочию...""

Тихие переулки хранили в своей тени лоскуты утреннего тумана.

""От же ж что много вероятнее...""

Ежели уличной девке и впрямь не было никакого проку врать, то этот паршивый щенок Басманский, вот тут-то чёрт ногу сломит.

Неужто и впрямь ничего не видал? Да притом, сам же водил хороводы у реки - пущай и с царского дозволения. Куда же то подевалось? Нечисто тут что-то, ох нечисто. Да к тому же годок-то назад колдуна-то не сберёг.

По-немногу всё складывалось - кто-то врёт - али девка, али Фёдор.

""Да впрямь, какая ж эта сила должна царю настолько разум задурманить, чтобы делить ложе с.

И всяко, как есть - других дум не шло. Так и воротился Малюта во двор Кремля, да неспешно брёл, всё собираясь, как бы царю доложить скверные домыслы о любимце его белолицем, чернобровом.

Проходя мимо крепостной стены, Малюта приметил две фигуры, которым утренние, нежные тени даровали свой покров.

То были Иоанн и Фёдор. Юноша спешно поддался вперёд. Его фигура облачённая в красный расшитой кафтан, быстро промелькала через три проёма арок.

Верно, Басманов оглянулся поглядеть, сколь отстал его владыка, но заместо того приметил Малюту.

Фёдор опёрся руками о каменные своды арок, и, повернувшись к государю, верно, бросил пару слов, после чего Иоанн обратил взор вниз, во двор.

Григорий тяжело вздохнул, едва заметно мотая головой.

""Нет... нынче нету в том никакого смысла... Царь-батюшка и слушать не станет нынче...