《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

В полумраке едва-едва слышалась тихая безмолвная песнь. Мария устало напевала под нос себе песни юной своей, пылкой поры. Сидела она в одной сорочке до полу пред зеркалом, да расплетала косы.

Красою своей царица, право, гордилась, но с каждою осенью всё делались думы её сквернее. Мария расплетала волосы, да гневно цокнула. С уст её сорвалось едкое проклятье, ибо во смольных прядях серебрилось две нити первой седины.

Во гневе, она обрушила руки о стол с такою силой, что едва зеркало не рухнуло плашмя. Царица хмуро выдохнула, поправляя зеркало, как резкий возглас ужаса сорвался с губ её.

Мрачная тень возникла за её спиною и взирала через отражение.

Мария не успела и обернуться к супругу, как Иоанн грубо вцепился в волосы её, да со злобною резкостью понял лик жены на себя. От боли царица сдавленно шикнула, плотно стиснув зубы.

- С чем к нему приставала, гадюка? – вопрошал царь, и тем боле сжал кулак.

- Будто сам не ведаешь того! – сквозь боль процедила Мария в ответ, тщетно силившаяся вырваться из цепкой хватки мужа.

Иоанн отпустил её, и лик его исказился презрительным отвращением. Он тряхнул рукою, будто бы прикоснулся к какой-то зломерзкой дряни, и уж силился избавиться ото всякой связи с нею.

Мария держалась за затылок, едва поглаживая его. Взор её насторожился, да уставился к разъярённому мужу.

Иоанн медленно взвёл руку, указывая на супругу.

- Я нуждался в тебе. – с холодящей душу твёрдостью молвил царь. – Я нуждался в тебе, покуда страдал я в безутешной нощи, оплакивая покойную супругу мою.

Я нуждался в тебе, жена, покуда нощь слала в ответ на мольбы мои проклятья и испытания. Я нуждался в тебе, но тебя не было подле меня. Нынче же – пущай. Я не нуждаюсь в тебе.

- Я нуждалась в тебе, царе! – взмолилась Мария в отчаянном крике. – Нуждалась отчаянно, покуда оставлял ты меня одну, как невольницу заперши о четыре стены, покуда уходил забавляться с…

Иоанн пресёк её возглас, огрев по щеке хлёсткой пощёчиной. Мария умолкла, не смея воротить взору на мужа."

"- Отчего вы рвётесь сгубить всякого, кто дарует покой душе моей? – тихо прошептал владыка.

– Никогда ты не желала быть мне супругою – так милосерден я, и исполню волю твою. Носи свои сарафаны расшитые, ешь и пей угощения мои, разъезжай в граде моём, запрягши скакунов из конюшен моих.

Мария подняла взор свой черноокий, и полон он был гневного укору. Уста царицы были плотно сжаты, покуда слушала она, что глаголит государь.

Иоанн глядел на Марию сверху вниз, будучи премного выше супруги.