《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Юноша поглядел на неё, да пустился гнаться.

- Да стой! Уж смерклось! – кричала ей вдогонку Маруся.

- Варя! Варька, вернись! – раздался вслед глас юной Оли, да всё без толку.

Убежала девица в самую чащу. Ловка она была меж сучьев да поваленных брёвен. Не были ей помехою выступающие корни да мелкая поросль под ногами, да скоро нагнал её Фёдор.

Осалив девку за плечо, юноша уж выдохнул, опершись спиною о высокий дуб.

- Дам тебе фору, Плещеев. – молвила Варя, переводя дух.

Фёдор тому лишь усмехнулся.

- Тебе меня не догнать.

- Ой ли! – Варя осалила за плечо юношу, но то не воротило его в догонялки.

Фёдор отмахнулся, мотая головой, да принялся взгляд напрягать во тьме.

- Гойда лучше цветок искать, пока дождь не занялся. – произнёс он.

Варвара грустно вздохнула, скрестив руки на груди.

- Почём искать, ежели и без него всё порешиться? – спросила она.

Фёдор вскинул бровь, ожидая, как девица молвит боле, но Варвара лишь отмахнулась.

Не обмолвившись ни словом, они медленно возвращались к берегу – благо, сквозь чёрные линии деревьев угадывался догорающий костёр, а иной раз доносилась девичья песня али визгу подымалось.

- А ежели бы и впрямь ныне папоротник цветёт, - молвил Фёдор, - чего бы эдакого загадала?

Варвара призадумалась, а потом и вовсе улыбнулась да хихикнула мысли своей, и тотчас же прогнала её, мотнув головою.

- А чего бы сам загадал? – спросила она.

Фёдор пожал плечами.

- А у меня всяко есть, чего б душа не пожелала. – ответил Басманов.

Варвара украдкой поглядывала на юношу, и уж было что-то решилась молвить, как резкий свист донёсся откуда-то из рощи.

…"

"Кремлёвский дворец отворял окна настежь, чтобы впустить в палаты ночную прохладу. Опричники пировали с большою удалью да размахом – вина и мёд текли рекой, а музыку было слышно за версту.

Иоанн сидел на троне, подперев лицо рукой. Зоркие очи его поглядывали, какой уклад был среди его братии.

Уж был заполночный час. Раскатистые нескладные голоса опричников тянули куплеты застольных песен, покуда им подыгрывали холопы.

Резкий порыв ветра хлёстко снёс ставни с подпорок, и едва ли не разбил окна в дребезги. Этот шум остро отозвался в разуме Иоанна.

Он поднялся со своего трона, и при том братия смолкла.