《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Не успел крик тот стихнуть, как дверца люка с оглушительным грохотом захлопнулась. Раздался резкий удар, точно молота о сталь. Басманов тотчас же метнулся к люку, но боле он не поддавался. Без раздумий, Алексей метнулся за топором.

Тем временем, в погребе воцарился сплошной мрак. Сбитое дыхание Фёдора едва отдавало эхом. Тьма пленила полностью взор юноши, но первородному страху Басманов не поддался.

«Ежели я не вижу ни черта, то и паскуда эта так же слепа…» думалось Фёдору, покуда стоял он, опершись спиною к холодной стене погреба.

Не выдал себя опричник ни единым звуком.

Вдруг чиркнуло огниво, высекая сноп искр, и резкий запах гари заставил Басманова тотчас же прикрыть лицо рукой.

То был купец. Бросил он огниво на землю, да не выпускал топора из руки. Прямо под ногами мужика горела солома да сухие прутья. Несколько поодаль темнела бочка с порохом, часть коего уж просыпался по полу.

Был в том перелом, как только затеплился пламень на сучьях сухих. Того огня хватало, чтобы Фёдор отошёл от стены, да шашку свою держал наготове.

Не было ныне у купца никакой воли али рвения к битве. Замахнулся опричник, да в миг и снёс голову. Спокойствие, которым преисполнился мужик, когда замахнулся Фёдор над его головою, поразило опричника. Не противился купец, и голова его пала к ногам опричника.

Фёдор быстро оглядел погреб. Лестница лежала в нескольких шагах, да покосилась она настолько, что не было никакой возможности подняться по ней. Острота рассудка притуплялась. Чуял Фёдор, как удушье подступает к нему.

Наверху заслышался шум да стук топора по дереву.

- Живой!? – Фёдор различил жутком басистом гаме глас отца своего.

- Не дождётесь! – крикнул в ответ юноша, да так хрипло, что сам подивился.

Воздуха не хватало. Фёдор приметил ларь из грубых досок. Верно, высоты его хватало бы, чтобы сверху могли поддеть его и безо всякой лестницы. Напасть одна – толкать надобно, да на вид ларец тяжел был, да всяко выбора не было нынче.

Огонь же нещадно пожирал солому и сучья, брошенные ему спозаранок.

Фёдор принялся двигать ларец, как вдруг чёрная пелена вновь заслонила его взор, и будто бы сердце его ударило. Приступ кашля сдавил горло мёртвой хваткой. Фёдор ещё не потерял контроля над собою, но чувствовал, как силы покидают его. Ларь едва двинулся с места.

Снова треск, и пара обломков упали на пол. Сквозь мутную пелену видел Фёдор, как Андрей немец спрыгнул в погреб.