《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

- Жив ли этот сучий потрох? – послышалось за спиной у Афанасия Вяземского.

Опричник тотчас же обернулся. Во мраке подвалов возникла высокая фигура царя. Он грозно и величественно глядел на Афанасия, и, казалось, эти тяжёлые каменные потолки слишком низки для его великого роста.

Иоанн предстал пред Вяземским в чёрном одеянии. Князь отдал низкий поклон, убирая за спину окровавленный хлыст, с которого стекали густые чёрно-красные капли.

- Да пёс его знает, царь-батюшка. – вздохнул Афанасий, переводя дух.

- Доложили мне, будто бы ты колдуна допрашивал? – спросил царь, обходя изуродованное тело мученика в колодках.

- Верно вам доложили, великий государь. – кивнул Вяземский, встряхнув плетью в воздухе с резкостью лихой, чтобы кровь согнать с неё.

- И ещё доложили мне, будто бы у колдуна того друзья в нашей братии завелись. – продолжил царь.

Афанасий не скрывал удивления на своём лице. В изумлении он уставился на владыку, почесав затылок.

- Чего не ведаю, того не знаю. – ответил опричник.

Иоанн едва заметно улыбнулся краем губ.

– Уж мне-то он, - добавил князь, потряхивая в воздухе плетью, - всё выложил, да о иных супостатов не сказал, да притом при братии нашей. Если и впрямь имел он кого во свойстве средь слуг ваших верных, так выдал бы, дабы забрать с собою. Нет ему смысла скрывать союзника, всё знал – смерть ему. Об ком донесли вам?

- Сам же твердишь – коли было бы то правдой, знал бы ты, Афоня.

- Да боле того, великий государь, боле того! – точно оправдывался Вяземский, даже не имея на себе никого обвинения. – У сердца, на рёбрах али на спине носят они знаки. Клеймят сами себя, точно скотину.

- И на теле колдуна было то знамение Лукавого? – спросил Иоанн.

- Всё так. – кивнул князь. – Ежели был у него истинный друг, по крови да по духу, так на теле его будет знак огненный оставлен.

Царь коротко кивнул, опустив взгляд на бездыханное тело.

Афанасий же меж тем ощутил, какой тяжестью наполнились руки за нелёгкую службу его. Он опустился на грубый пень, да принялся переводить дыхание, опустив взгляд на каменный пол, присыпанный редким слоем гнилой и грязной соломы.

Нечто спешное и торопливое заставило князя поднять свой взор и уставиться на коридор, в котором не далее, как пять минут назад сокрылся государь.