Голод 2

- Случилось, но не со мной, - по голосу брата, я бы сказал, что он был в явном смущении и очевидно не знал, как начать разговор, пока я терпеливо ждал продолжения его речи, начиная заметно переживать.

- Генри, что бы там не было, ты можешь доверять мне.

- Именно поэтому я и звоню тебе, Рэд….мой брат Ричард. Он только что вернулся из клуба.

Я нахмурился, услышав имя своего близнеца, и чувствуя, как холодок неприятностей начинает подниматься по позвоночнику, подобно холодной скользкой змее. Клуб. При лечении Генри упоминал о том, что у Ричарда были какие-то проблемы с клубом, но что именно я не уточнял, понимая, что у Генри на тот момент было достаточно своей боли и проблем, чтобы говорить еще и проблемах Ричарда.

- В общем…мы можем привезти его к тебе, Рэд?

- Конечно!

- Только скажи, когда ты не занят…

- Прямо сейчас. Везите его сейчас, -  я не смог бы признаться, что даже если бы у меня был в тот момент прием, то я бы отложил его или перенес. Не было ничего важнее помощи моим кровным братьям.

- Спасибо, брат, -  выдохнул Генри, отчего мое сердце встрепенулось, -  через 10 минут будем.

Они с Ником довольно часто обращались ко мне как «брат», не понимая, что в такие секунды мое сердце замирало от трепета и восторга, даже если в это слово Генри вкладывал иное значение. Парни почти всегда именно таким образом обращались друг к другу, и для меня многое значило, что они позволили мне войти в их круг общения, доверив свои мысли и чувства.

Скоро их компания в полном составе уже была в моем офисе, отчего холл сделался совсем маленьким, когда пять высоких широкоплечных мужчин вошли, заставляя мою помощницу отчаянно краснеть и пытаться не глазеть на них.

- Привет, красавица, мы к доктору Хэйсу, -  широко улыбался Ник, глядя сверху вниз на бедную девушку, которая очевидно уже была влюблена в него без памяти, судя по ее сияющим глазам.

- Прошу вас, проходите, доктор уже ожидает вас.

Я улыбался, глядя на Ника и Генри, которые уже не чувствовали здесь себя скованно, и не обращали внимания на полумрак, зная каждый предмет и угол, чего нельзя было сказать о Ричарде и Дэме, которые держались чуть в стороне, не разговаривая и выглядя не столько подавленно, сколько озлобленно.

С того момента, как я впервые увидел Генри на пороге своего кабинета, я отчетливо понимал, что невозможно подготовиться морально или душевно к тому, что ты видишь перед собой в плоти и крови свою детскую мечту.