Голод 2

Той волшебной неземной скорлупой, куда я прятался ото всех, чтобы вобрать в себя столько покоя и нежности, сколько только мог.

А мой брат Генри стал моей радостью и гордостью. Ничего в этом мире больше не пугало меня своими запретами и условностями, когда я видел его глубокие синие глаза, в которых было столько силы и решимости. Меня восхищало то, с какой самоотверженностью и упорством он пытается научиться жить в мире со своей проблемой, не боясь трудностей и не останавливаясь ни перед чем.

Самый сложный период нашего лечения теперь остался в прошлом, где было много слез и невысказанной боли, которая раздавливала моего брата…и меня.

Шагая с ним по острым осколкам памяти, день за днем я узнавал истории моей семьи, которая была так близко и так далеко.

Я восхищался жертвенностью Ника, который отдавал всего себя ради помощи Генри, не жалея времени, сил и собственных эмоций. А еще меня удивляло и даже в какой-то степени задевало отсутствие рядом Рича, иногда я напрямую спрашивал Ника о том, почему брат Генри не помогает ему в этот непростой момент, получая довольно расплывчатые ответы на счет того, что они с Дэмом и Кэтрин были заняты поисками Сони.

Только сегодня все наконец встало на свои места, обдав меня новой порцией обжигающей боли.

Все просто не могло идти так идеально, как было. Вселенная не могла преподнести нам такого сюрприза, убрав из жизни неприятности и удушливое чувство паники за жизнь и состояние людей, которых ты искренне любишь всей своей душой."

"Я широко улыбнулся, сидя за столом своего кабинета, когда на экране засветившегося телефона высветилось имя Генри.

Мой брат! Моя гордость! Каждый раз, когда я говорил с ним по телефону или видел в этом кабинете, в моей душе разливалось удивительное умиротворение. Это было так волнительно – позволять себе болтать по телефону с собственным братом, не скрывая себя…отчасти.

Пусть даже я был для него в первую очередь его врачом. Самым важным было то, что он доверял мне.

- Генри, привет!

- Рэд…я не отвлекаю тебя от приема?

Улыбка застыла на моем лице, подобно маске, когда я отчетливо слышал волнение в голосе брата.

- Генри, что случилось? Ты в порядке?

Конечно, я подумал о том, что могло произойти с ним, и никак не мог понять. Положение Генри было стабильным. Он перестал кричать во сне и винить себя в смерти нашего отца. Брат даже стал работать в своей клинике, помогая так же Нику в клинике Ричарда, в состоянии сосредоточиться на операциях и спасениях жизней множества людей.