Главная роль 8

На самом деле тоже пытается мне помочь ментально разгрузиться — мама меня любит и старается поддерживать — вплоть до визитов в кабинет с кофейным подносом, чтобы взбодрить спящего часа два-три в сутки меня.

Некогда спать — война идет.

— Весьма остроумно на мой взгляд, — поддержала меня Марго.

— Георгий Александрович умеет сотрясать мир как никто другой! — салютнул мне бокалом с вином Николай. — Знаете, — повернулся к дамам и перешел на доверительный тон. — Свет только и обсуждает «бумажную бомбардировку». История давно не знала подобных дерзких, остроумных и унизительных для врага вызовов на честный бой.

— «Иду на Вы», — проявила Оля знание отечественной истории.

— «Иду на Вы» — именно это и повторяют по всей Империи! — покивал Юсупов. — Сейчас, когда наша армия с недели на неделю выйдет к стенам Царьграда, древние летописи словно оживают, и с их страниц на нас с гордостью смотрят прародители Великой Руси!

Нет, это не лесть, а реальное положение вещей. За исключением посвященной летописям части, конечно.

— Ах, эта война, — со скучающим видом вздохнула Ксения. — Все словно сговорились говорить лишь о ней одной."

"Комплексует и раздражена — Дания выбрала ничегонеделание, несмотря на все мои и ее разговоры с Кристианом о перспективах.

— Если бы в тебе осталась хоть капля любви к России, ты бы так себя не вела, — упрекнула старшую сестру Ольга.

— Любви к чему? — высокомерно фыркнула Ксюша. — К чудовищной погоде и страсти к варварской демонстрации богатства?

Оля посмурнела — камень прилетел в нужный огород.

— Просто ты завидуешь моей блестящей свадьбе, королева-нищенка, — вернула «подачу» с большими процентами.

— Милые дамы, — влез я. — Прошу вас извиниться перед друг дружкой и помириться — меньше всего мне сейчас нужны семейные ссоры.

— Девочки, не ругайтесь, — поддержала меня Дагмара.

— Прости, — буркнула Ольга.

— Принимаю твои извинения, — неприятно ухмыльнулась Ксюша. — А за собой я вины не чувствую, — поднялась из-за стола. — Но, коль вы считаете иначе, я отправлюсь замаливать свои грехи, — направилась к выходу из столовой.

Слуг-то зачем так пугать?

Интерлюдия

Бросив в стерилизатор окровавленные инструменты, Колька — так его звали в почти забытом деревенском прошлом — шагнул к умывальнику и бросил покрывшиеся той же субстанцией одноразовые перчатки в мусорное ведро с надписью «Мед. Отходы биол. Опасн.».